\

— Пока не поздно.

Я ахнула, прижав руки к груди. Неясная тревога, которую я испытывала в последние дни, наконец оформилась и обрела почву. С мамой что-то не так! Ей плохо! Ей грозит опасность!

— Слушай, Рик, а насколько она нестабильна? — поинтересовался Изергаст так, как будто меня не было рядом.

Он вжался в сиденье и помахал рукой, разгоняя дым, который шел… от меня?

— Сделай что-нибудь! — потребовал Изергаст. — Я не хочу сгореть заживо! Меня только недавно оживили!

— Арнелла, помнишь знак пустоты? — спросил Родерик. — Собери пальцы в кольцо, дыши глубже…

— Может, ей сбросить избыток эмоций, пока она и правда не полыхнула? — предложил мастер Изергаст.

— Секс — лучший способ, — доверительно пояснил он, глянув на меня. — Я могу отвернуться. Или не отворачиваться. Возможно, в этом корень ваших проблем с Адалхардом, и я, как опытный товарищ, смогу сказать, что вы делаете не так.

— Что с мамой? — спросила я, повернувшись к Родерику. — Скажи прямо!

— Я не знаю точно, — нехотя ответил он. — Но ей там плохо. Арнелла, постарайся успокоиться. Нам не нужен пожар.

Огонь искрился перед глазами, вспыхивал на кончиках пальцев, собранных в знак, струился по телу, готовясь выплеснуться волной.

Родерик снова взял меня за руку, и пламя, словно почувствовав выход, потекло в его ладонь.

— Тебе больно? — испугалась я, когда он с шумом втянул воздух сквозь сжатые зубы.

— Нет, — выдохнул Родерик, сжимая мои пальцы. — Наоборот.

— Я стал свидетелем чего-то интимного, но не могу понять — чего, однако искрить ты перестала, — проворчал Изергаст, открывая окно. — Проветрим немного, дышать нечем. Ладно, Арнелла, план такой. Мы приходим к императору, и ты говоришь, что желаешь видеть свою мать.

Ты очень волнуешься из-за ее затянувшегося отсутствия. У вас с ней сильная связь, которая иногда бывает даже нездоровой между матерью и дочкой, и ты вне себя от беспокойства…

Огонь тек через мое тело к Родерику, а от него — ко мне, и мы словно стали одним целым. Изергаст что-то бубнил, но я едва слышала его слова. Я смотрела в серые глаза Родерика, в глубине которых тлело пламя, а потом потянулась к нему и легонько коснулась губами губ.

— Спасибо, — прошептала я. — Не знаю, как благодарить тебя…

— Я могу подкинуть пару вариантов, — встрял Изергаст.

— Мама — все, что у меня есть.

— Еще у тебя есть я, — возразил Родерик, погладив меня по щеке. — Хоть ты и пытаешься отрицать это.

— Вам надо сходить на свидание, — предложил Изергаст. — Вы пропустили традиционную часть брачных игр. Чтобы сгладить неловкость, которая неизбежно возникнет, могу предложить свою компанию.

— Вы предлагаете пойти на свидание втроем? — удивилась я.

— Ты права, это странно, — согласился он, покивав. — Знаешь, есть идея. Ты можешь взять свою подругу-некроманточку.