\

Император уже очень давно пустил корни в трон, и, между нами говоря, этот старый пень давно пора выкорчевать.

— Я поеду во дворец.

— И что ты скажешь? Подайте мне Кармеллу Алетт? Тебя пошлют очень далеко и будут правы. Ты ей вообще кто? Человек, который обесчестил ее дочь.

— Я мастер огня. Император вынужден со мной считаться, — напомнил Родерик.

— Значит, не пошлет, а скажет вежливо, мол, госпожа Алетт не желает вас видеть, — пожал плечами Моррен. — Суть не меняется.

— А если сказать прямо, что я знаю, что Кармелле плохо…

— В лучшем случае ей даруют быструю смерть, — безжалостно ответил Моррен.

— Во дворце постоянно происходят несчастные случаи: там падают с лестниц, тонут в ванных и давятся на пирах куда чаще, чем где бы то ни было. Быстрая смерть — не такой уж плохой вариант. Лучше, чем пытки.

— Так не пойдет, — покачал головой Родерик, мрачнея. — Она единственный родной человек Арнеллы.

— Тогда тебе придется взять Арнеллу с собой. Император не сможет отказать ей. Дочь вправе увидеть мать.

— Я не повезу ее в это змеиное гнездо!

— Повезешь. Если не хочешь оставить сироткой. Или хочешь? Подумай хорошенько.

На самом деле решение не так уж очевидно, особенно если вспомнить, что из себя представляет та дама. Хотя я тебя понимаю. Спасение тещи — это сколько же очков ты заработаешь в глазах благодарной дочери, — он задумался, а после расплылся в многозначительной улыбке. — Я еду с тобой.

— Ты не должен, Моррен, — возразил Родерик. — В императорском дворце может оказаться куда опаснее чем в хаосе.

— Арнелла дружит с Мирандой, — терпеливо пояснил Моррен, — и, конечно же, поделится с ней восторгами в адрес моей персоны. Если я вытащу эту, как ее…

— Кармеллу Алетт.

— То наверняка стану героем и в глазах моей неприступной некроманточки. Бедная женщина страдала безвинно, но тут явился я, весь в белом…

— Черном.

— И спас ее из лап злодеев. Когда выезжаем?

— Что ж, двум мастерам хаоса отказать вдвое сложнее, — кивнул Родерик. — Спасибо.

— Будешь должен.

— Значит, мы просто привезем Арнеллу, поставим ее перед императорскими очами и потребуем отдать ей мать?

— Вежливо попросим, — исправил Моррен. — А еще намекнем, что девочка — магичка огня, и очень-очень нестабильна.

Сильное потрясение, вроде внезапной смерти матери, может спровоцировать срыв, и тогда весь дворец вместе с императором и его прихвостнями сгорит дотла.

— Это называется шантаж.

— Это называется искусство переговоров.

Моррен выпрямился и с предвкушением потер руки.

— Надеюсь, там есть, что забирать, — помрачнел Родерик. — Как бы Арнелла и правда не сорвалась.

— Главное — выдрать тещу из императорской паутины, — сказал Моррен. — А потом вылечим, да так, что станет лучше прежнего. Хуже-то быть не может.