\

За нее он волновался больше всего, хотя, объективно, какая разница, что за стихию она получит? Огонь? На это он и не надеялся. Воду? Джемма сказала, что нет. Анимагию? Очень может быть. В ней была природная сила и красота. Воздух? Не хотелось бы. Вокруг нее и так слишком много Тиберлонов. А может, Арнелла Алетт станет некроманткой? Тогда им с Изергастом вновь придется соперничать из-за женщины. Он прикрыл веки, пытаясь представить ее с белыми волосами.

— Это все из-за вас.

Родерик открыл глаза и увидел перед собой мать Арнеллы.

На розовой юбке грязь, волосы растрепаны, глаза опухли от слез.

— Это вы во всем виноваты.

Она ткнула его в грудь пальцем с острым ноготком.

Родерик выпрямился, оттолкнувшись от дерева, шагнул к женщине.

— Если бы вы не были таким упрямым ослом, то моя девочка осталась бы со мной! — выкрикнула Кармелла ему в лицо. — Вы должны были запечатать ее сразу же! Должны были!

— Дорогая, успокойся, — Энцо приобнял ее за плечи, пытаясь увести, но Кармелла разрыдалась еще горше.

Ее плач прозвучал фальшивой нотой во всеобщем веселье. Или был единственной верной?

— Подождите немного, и она выйдет, — сказал Родерик, но тяжелое предчувствие сжало его сердце.

Кармелла вырвалась из неуверенных объятий Энцо и кинулась на Родерика с кулаками.

— Это все вы! Вы! Вы виноваты!

На них стали оборачиваться, и Родерик перехватил ее запястья, легонько встряхнул.

— Скажите толком! — потребовал он. — Что случилось?

— Ее отец путник, — обронил Эммет, подходя к ним. — Вообще-то я обещал не говорить, но обстоятельства изменились.

Он попытался приладить оторванный рукав, провел пятерней по растрепанным кудрям.

— Как путник? — нахмурился Родерик.

"— Ну, знаете, как это бывает. В деле одно, на деле другое, — пожал плечами Эммет, и дырка разъехалась шире, обнажив крепкое плечо. — Меня больше заботит подделка документов. Арья не оставляла заявку на запечатывание, однако ее едва не отволокли на него силой. Я возмущен до глубины души. Мастер Адалхард, этого нельзя оставлять просто так. Отец, — он повернулся к Энцо. — Я желаю тебе только счастья, но ты не найдешь его с Кармеллой Алетт.

— Путник? — повторил Родерик.

Губы отчего-то стали непослушными, и все вокруг словно поблекло.

Родерик кинулся к зеленому холму, едва не сбив с ног Кармеллу Алетт.

Он бежал так быстро, как будто от этого зависела его жизнь, взлетел по траве на одном дыхании, надеясь увидеть у старой двери стройную девушку в белом платье.