14
0Аль, ты на пальцах пытаешься прикинуть мой возраст?
– Надо спросить, сколько лет Эмесу, ты должен быть ненамного его младше.
– Я старше его, Аль. – Яни было обернулся, но, заметив, что я все еще в чулках и сорочке, снова уткнулся взглядом в стену.
– Как? – Я слегка опешила. – Ты же выглядишь и ведешь себя как молодой парень."
"– А вот так, душечка. И поторопись с переодеванием. И вообще, хочешь что-то узнать – тормоши своего ведуна.
– Он не мой, – пробурчала.
Просунув руки в рукава, влезла в платье, поправила подол. Потянулась к застежке на спине, но не достала.
– Яни, поможешь?
Поднявшись, он легко застегнул молнию и крючок. Я ощутила его прохладные руки на своей коже. И ничего! Ни трепета, ни волнения, ни дрожи в ногах. А когда меня легонько касался Эмес… От одной мысли в легкий жар бросило. Шмыгнув носом от злости, приказала мыслям и мимоходом не касаться этого самоуверенного мужчины. Я ему не тряпка половая, чтобы в его ногах валяться.
Яни поправил мне ворот платья и неожиданно обнял, крепко прижимая к себе.
– Что сделал Валынский, Аль? Он обидел тебя? Говори, иначе я сам пойду к нему, а это куда хуже.
– Нет, он… – Не зная, как объяснить ему, прикусила губу, подбирая слова. – Просто его зазноба сказала выбирать между ею и мной, а тут я с чаем, а от платья несет приворотным…
– Он решил, что ты его опоить собралась? – быстро догадался мой змей.
– Да. И… в общем, любезным Эмес не был.
– Ну и дурак. – Наг развернул меня к себе и заглянул в глаза. – А ведь ты к нему неравнодушна.
– Глупости. Просто обидно, – отмахнулась.
– Не ври. Я что, не видел, какой счастливой ты возвращалась после ваших занятий? Аленька, ты часами рассказывала мне о шахматах. Ты спишь с этой книгой…
– Я обожаю шахматы, а книга и вправду ценная! – возразив, отстранилась и взялась судорожно заправлять постель. – Но теперь ее придется вернуть.
Подняв тяжелый талмуд, погладила его обложку.
– Аля, ты ведь знаешь, что я тоже замечательный стратег в шахматах и у меня есть доска, но ты ни разу не предложила сыграть. И книга хорошая, но не настолько. Признайся хотя бы перед собой, что неровно дышишь к нему.
Взглянула на друга. Обманывать нага не было смысла. Он и правда далеко не юнец и видит намного больше меня.
– Я не знаю, что чувствую к нему, Яни. И не хочу думать об этом. Если чувства и есть, то у них нет никакого будущего, значит, давить влечение нужно сразу. Не позволять себе мечтать, надеяться, верить. Я не хочу оказаться на месте Самии, ждать месяцами, что на меня обратят внимание, бросят мимолетную улыбку, как кость собаке. Но ты прав. Рядом с Эмесом мне и хорошо, и мучительно неловко. Сердце бьется так, что, кажется, вот-вот выпорхнет. Я глупею и иногда несу такую чушь.
