Это не измена (СИ)

Резко наполняю ее до конца, и Алиса громко стонет, хватаясь за мои плечи.

— Я буду рядом, чтобы тебя удержать.

* * *

Алиса спит на диване, завернутая в мой пиджак, пока я заканчиваю все-таки переговоры. Мог бы отправить ее домой, конечно, но нет. Не хочу. Пусть тут будет. Рядом. И когда наконец я прощаюсь с поставщиком, откидываюсь на спинку кресла и смотрю на нее — улыбаюсь. Алиса мило подложила руку под голову, дышит спокойно, тихо — как маленькая лисичка. Моя лисичка. В груди такое странное тепло разливается…я ведь по ней скучал, на самом то деле. Мне ее не хватало. Мягкости ее, поддержки, улыбки наконец.

Так. Стоп. Нет. Олег, что ты несешь вообще?!

Тру лицо руками и откидываю голову на спинку кресла, слегка в нем покачиваясь. Это все из-за секса. Да. На мозг давит, эндорфинов херова туча. Не хочешь же ты всерьез сказать, что любишь ее? Нет же. Она тебя раздражает. Это по факту. Когда ее не было — тебе было лучше. Ты мог встречаться с Аленой…Черт. Алена. Твою мать. Она у меня верности, конечно, не просила — я сам так решил. Никакого секса с Алисой. А по итогу что?! Твою мать. Идиот.

Снова смотрю на жену, но уже без этой чувственной бредни.

Это просто секс. Вот и все. На всех мужчин в какой-то момент секс вот так вот действует. При том у нас с Алисой, объективно, просто потрясающий секс, но это не любовь. Я люблю Алену. Точка.

Встаю, подхожу к Алисе, а потом бережно беру ее на руки и выхожу из кабинета. Нас провожает охранник, открывает мне дверь с улыбкой, а потом бросает в спину:

— Красивая вы пара, Олег Павлович, спокойной ночи!

Ну да. Конечно. Знал бы ты сколько за этой «красивой парой» правды скрыто: в процентном соотношении десять к девяносто, где последнее — это ложь.

Остальное — правда, но лишь потому что вместе мы действительно неплохо смотримся.

Алиса

Я больше не думала, что все нормально. Та ночь в его кабинете была просто великолепной, и я ее себе не придумала, но…Оставалось слишком много «но», начиная с его такой «гладкой» лжи охраннику, и заканчивая тем, как спокойно он себя вел с поставщиком, пока я исполняла любимый трюк всех секретарш."

"Что-то внутри мне мешало верить. Больше не получалось. Паранойя это или интуиция, но ступор стоял конкретный. Я, как не старалась, не могла закрыть глаза и улыбаться, как раньше.

Темы этой мы больше не касались, слава богу, Олег и вовсе будто забыл о том, почему наша волшебная ночь вовсе состоялась. Это хорошо. Для меня. Потому что я не знала, что ему ответить, чтобы выяснить всю правду тихо и лично. А я должна была выяснить!

Как бы это ни было стыдно, как бы не казалось неправильным — я должна была убедиться, что это все просто бредни, как публичные, так и мои собственные. Поэтому когда Олег сказал вечером после ужина, что ему снова надо на работу — я поехала следом.