Экзамен по любви, развод не предлагать

Проникают все глубже.

Рада жадно хватала ртом воздух. Каждая ласка твердых пальцев и горячего рта превращала ее в нимфоманку. Заставляла желать большего.

Тело била крупная дрожь. Бедра непроизвольно двигались навстречу откровенным движениям Власа. И Рада никак не могла заставить себя не стонать.

В какой-то момент любимый жадно прижался к ее рту губами. Раздвинул языком, ворвался глубже. Такими же сводящими с ума толчками он сейчас двигался внутри нее, лаская пальцами.

Радмила ощутила, как ее тело взрывается и рассыпается на миллионы крохотных звездочек. Перед глазами — яркие вспышки.

А по каждой клеточке разливается удовольствие.

— Ты охренительная, маленькая моя, — расслышала она горячий шепот.

Сквозь негу, из которой не хотелось выбираться в реальность, Радмила ощутила давление.

Распахнув глаза, перехватила потемневший взгляд любимого. Влас нависал над ней. И, кажется, готов был остановиться. Вот только Рада прекрасно понимала, что случиться дальше.

— Не останавливайся, — попросила она.

Влас приподнял ее бедра, подложив ладони под ягодицы. Рада оплела руками крепкие плечи, шею. Она была готова ко всему, что последует дальше.

Будет больно, в этом Рада не сомневалась. Уж размеры Тихоновского впечатляли, особенно ее, неискушенную в интимных делах.

Мужчина замер. Рада чувствовала, как твердая плоть аккуратно скользит меж ее складочек.

— Больно?

— Нет…, — удивленно ответила Филатова.

Влас толкнулся в нее глубже. Раде показалось, словно ее тело рассекает надвое. Непривычно. Странно. Но не больно.

Тихоновский негромко выругался. Радмила сжала колени, оплетая мужские бедра плотнее.

— Мля-я-ять, — пробормотал Влас. — Замри, малышка. Иначе я…

— Иначе что?

— Радмила, ну ты можешь хотя бы сейчас придержать свой острый язычок?

— Влас Атасович, оно само собой получается!

— Рада…

— А что такого я сказала?

Влас отстранился и вновь толкнулся глубже.

Рада прогнулась навстречу этому движению. Легкая боль пронзила низ живота. Радмила потянулась к мужским губам.

— Маленькая моя…, — прошептал Влас прежде, чем прижаться к ее рту.

Радмила чувствовала глубокие, яростны толчки. Чувствовала влажное скольжение, непривычно, на грани боли. Но они приносили новую волну удовольствия.

В какой-то момент Рада перестала думать.

Ощущала лишь то, как все быстрее двигается в ней любимый. Задевает внутри ее тела потайные точки, о которых Рада и не подозревала прежде.

Филатова, кажется, вновь стонала. Но твердые губы ловили ее стоны и рваное дыхание.

В ушах грохотал пульс. Дыхание застревало в груди. А все тело, казалось, рассыпалось на атомы.

Радмила не сразу поняла, что именно произошло. Ее тело все еще парило высоко-высоко. Хорошо, что Влас прижимал ее к постели собой. Так бы она и вовсе улетела в космос.