9
0Впрочем, не заметили же, когда я шел сюда, значит, шансы есть. Но все-таки я не удержался и взглянул вверх, на площадку Астрономической башни.
Они сидят прямо на холодном полу. Забились в угол, прижались друг к другу, как затравленные звери в логове. Из-за широких мантий они кажутся одной большой бесформенной кучей, над которой белеют два лица. Тусклый свет палочки, воткнутой в щель между древними камнями пола. Ополовиненная бутылка огневиски мерцает елочной игрушкой. Две слившиеся фигуры, одна тень на стене. Изломанные, уставшие, обессиленные, цепляются друг за друга, пытаясь сохранить жалкие крупицы тепла, и глушат алкоголем боль искалеченных душ… Герои войны. Живые легенды.
На сердце муторно. Осторожно спускаясь вниз, слышу за спиной:
— Кстати, передай Ханне, чтоб усмирила свою ненормальную Уинкль.
— А что такое?
— Барсуки совсем помешались. Бывает, что у человека не все дома, а тут следующая стадия — все ушли. Ты разве не слышала? Они вчера на практическом занятии обнаружили, что Ступефаями можно двигать предметы, и весь урок играли в пятнашки. Стульями. Половина райвенкловцев в Больничном крыле, а этим землеройкам хоть бы что.
— А ты-то на уроке для чего?"
"— А как ты думаешь, можно ли подняться с пола, когда над головой тридцать придурков Ступефаями швыряются?.. Про летающие стулья я вообще молчу.
До слизеринской гостиной я бежал со всех ног, будто кто под зад пинал. В спальне, отдышавшись, понял одно: я больше никогда не смогу назвать Поттера «синей рожей», а Грейнджер — «грязнокровной выскочкой».
А это значит, надо думать, чем теперь доставать Розу Уизли и Джеймса Поттера.
* * *В одно солнечное воскресное утро декабря стало ясно: хаффлпаффская зараза перекинулась на Гриффиндор. Немногочисленные кошаки, спустившиеся к завтраку, выглядели помято и патологически радостно. «Санни», «Вот так гульнули!», «Фантастика!», и снова «Санни» — долетало до нашего стола. Барсуки, коих было еще меньше, ничтоже сумняшеся пересели за гриффиндорский стол и на восторги кошаков отвечали торжествующе: «Мы же говорили!» и «А вы не верили!»
Столкнувшись с неразлучной четверкой — двое Уизли и двое Поттеров, ночной кошмар Северуса Снейпа! — я высокомерно пробурчал что-то о повальном отупении и выносе остатков грязнокровных мозгов. Геройские отпрыски переглянулись, перемигнулись — и разоржались, как стадо лошадей.
— Ах да, я же забыл, вас ведь не пригласили к Санни, лорд Малфой! — Хохотал Джеймс.
— Бедненький, у них же там в подземельях тоска! Зеленая! — Фыркнула Роза.
— Ну сами посудите, что ему делать у Санни? — Хью Уизли изо всех сил старался сохранять традиционную глубокомысленную физиономию. — Крутые слизеринские парни ведь не танцуют… Они даже ходят с трудом.
— О да! — загнулся Ал.
