Девушка без сердца

Они говорили, что виновник аварии уже понес наказание, а я все время молчала и рассматривала свое лицо.

Я увидела свои фотографии. Да, я не изменилась, то есть не изменилась Сью Мэрианн, ученица девятого класса. Я училась? Да… в самой обычной школе.

О магии я узнала случайно: мои кузены вдруг стали мечтать о Магической Академии. Но они были еще слишком малы и знали не слишком-то много. Это такое явление в природе, которое можно себе подчинить и заставить работать так, как ты этого хочешь. Колдовать? Сью, какая ты глупая, это же не детские сказки!

Позже я поняла, как Мораг О'Коннелл, которая уже никогда не станет врачом, оказалась в теле школьницы Сью Мэрианн.

Похожие случаи, похожие аварии? Может быть, мне из реального мира повезло, и мои родители даже не заметили, что получили другую дочь? Ведь здесь никто ничего не заметил… Я начала плакать, но не по погибшим родителям здесь, а по живым — там, и снова никто ничего не увидел странного. Шок прошел, память понемногу возвращается, бедная девочка, но ничего, пройдет время и она свыкнется...

Затем я догадалась, что случилось с моим возрастом. Здесь год длился шестнадцать месяцев, но считать мне и тогда было лень.

Я не могла вернуться назад, но в этом мире я выжила, я не умерла до конца, меня взяла под опеку добрая и любящая семья, а еще я могла научиться магии!

У меня впереди было несколько лет и весьма неплохие оценки, если верить моим аттестатам. Школу я сменила, переехав жить к дяде и тете, учителям сказали, что я перенесла травму, плюс год был потерян, и я принялась наверстывать. Четырнадцать лет учебы в школе, три года были у меня впереди, да, мне было трудно, особенно когда мои кузены осознали, что хотят быть геологами, где магия совсем не нужна, и от меня начали только отмахиваться.

Я хотела в Академию Магии, я стремилась к этому, хотела узнать, как это работает, но…

Об этом я уже говорила. Тесты нельзя обмануть, как бы ты ни старался. В школе основы магии не преподают, это так же бессмысленно, как учить на уроке биологии оперировать, а на уроке физики — проектировать самолет. Книг и материалов в магнете по этой теме было немного, а те, что мне попадались, были невероятно сложными — формулы, расчеты, непонятные значки… Школьный курс физики и химии почти ничем не отличался от нашего, формулы работали точно так же, поэтому эти дисциплины давались мне легко.

Сложности возникли там, где я не ждала: что язык, ставший мне родным — грамматика, — что литература, что фанданский, история и все, чего не было в нашем мире. Но я справилась, я уже была готова к тому, чтобы начать изучать магию, но получила отказ. «До восьмидесяти процентов», — сказала мне королева, и не то чтобы я без нее об этом не знала, но было обидно.