2
0
Несколько часов после того, как это случилось, я был на сцене. А все уже знали. Может, я и замечал на себе какие-то не такие, как обычно взгляды, но не обратил на них внимания. Когда я работаю, я работаю, и я сосредоточен на деле.
Поздно вечером, когда это сумасшествие закончилось, я вернулся в гримерку, обессиленный упал в кресло и все же первым делом потянулся к телефону. Мне хотелось услышать один голос, только один. Почему-то казалось, что как только я ее услышу, вся нервная суматоха и усталость сегодняшнего дня горой свалится с плеч и станет легче дышать.
Среди десятков пропущенных звонков я увидел самый важный из всех.
Странно, в моей постели побывали сотни женщин. А с ней – все как в первый раз. Хотя это был ее, а не мой первый раз."
"Я нажал на вызов. Уже сейчас, еще несколько гудков, и я ее услышу, а если выберусь отсюда до полуночи, мы еще успеем увидеться. На самом деле, я здесь больше не нужен. Пусть остальное разгребает Габриель, в конце концов, он получает за это хорошие деньги.
Но гудок шел за гудком, а никто не отвечал.
Ну что ж, не только у меня полно дел, возможно, Мелисса сейчас в больнице у сестры.
Я отложил телефон и направился в душ смыть с себя пот и усталость. А когда вышел и собрался снова набрать Мелиссу, в гримерке уже сидел Габриель.
– Ты должен кое-что знать, – вид у него был серьезный и взволнованный.
И мне сразу стало ясно: того, что он сейчас скажет, я знать не хочу.
– Что еще? – раздраженно спросил я.
Вливаться в работу после отдыха оказалось непросто. Меньше всего мне сейчас нужны были плохие новости.
Габриель сунул мне в руки планшет.
На какое-то время я застыл, будто в ступоре. Фотографии… Я и Мелисса, показанные с отвратительной натуральностью, словно кто-то нарочно выбрал самые удачные ракурсы.
– Что это за хуйня? – зло бросил я. – Как в номере оказались камеры?! Ты же сказал: надежное агентство. Кто-то проверял номер, перед тем как мы там оказались? Какого хуя ты так лоханулся?!
– В том-то и дело, что проверяли, – тихо сказал Габриель, никак не реагируя на мой тон. – И перед тем, как вы туда вошли, там ничего не было.
За одно слово «шлюшка» про Мелиссу мне захотелось удавить Габриэля, а уж за то, что он пытается списать на нее такую подставу, сделать это медленно, томительно медленно.
– Херню не пори, – отмахнулся я.
