7
0Дождался завтрака. Спокойно съел его и только за второй чашкой кофе сообщил:
– Консьерж только что звонил. Нам сегодня окна обстреляли.
– Как? – побледнела, глазки испуганные.
– Из охотничьего ружья. В спальне разбили и в гостиной.
– Дим…
– Надь, все укладывается в схему. Фоточки, угрозы. Выстрелы по пустой квартире. Пугают. Несерьезно. Сейчас Савельеву позвоню.
– А шторы целы?
– Чего?
– В гостиной жаккард дорогущий, – насупилась она.
– Надюха! Ты неподражаема.
Он набрал полковника. Разумеется, недоступен. Вранье, что за их квартирой присматривают. Если бы пасечники видели, кто стрелял по их окнам, Савельев сам бы позвонил.
А Надя даже кофе не допила. Встала из-за стола, сообщила:
– Я пошла.
– Куда?
– Одеваться.
– Зачем?!
– Мы что, квартиру с разбитыми окнами оставим?!
– Ну… консьержа попросим. У него ключи есть. Пусть вызовет стекольщиков.
– Дим, ты с ума сошел? Хочешь, чтобы все там затоптали? Перебили?
– Ладно, – согласился он. – Давай я съезжу.
– А почему не вместе?
– Надь. Ты вообще должна сейчас быть за тысячи километров от Москвы. Так что не нервируй меня.
– А ты справишься? – строго спросила она.
– Уж как-нибудь, – насмешливо заверил он.
* * *Наде очень хотелось прогуляться до сельпо, узнать новости. И мороженку скушать (день разгорался жаркий). Но раз Савельев с Димой велели, придется торчать весь день дома.
Однако едва она успела запереть за Димой ворота, затрезвонил ее мобильник. Голос в трубке бабий, склочный:
– Я с Митрофановой говорю? Надеждой? Вы почему до сих пор на себя газ не перевели?!
– Какой еще газ? – растерялась девушка.
– А дом, что ли, дровами топите? – иронически вопросила тетка.
– Но я оплачиваю. Все вовремя.
– Не ты оплачиваешь, а отец твой покойный, – бабища непринужденно перешла на «ты». – А как мне деньги от покойника проводить? В канцелярию небесную запрос слать?!
– Что сделать-то надо? – примирительно спросила Надя.
– Давно надо было. Сразу, как наследство получила! – рявкнула собеседница. – Ножками своими дойти до правления и заявление подать.
– Хорошо. Я приду.
– Прям щаз приходи. В час я закроюсь.
– Но…
– И в межрайгаз передам.
– А куда идти?
– На кудыкину гору, блин! Где правление, что ли, не знаешь?
– Не знаю пока.
– А надо знать! Центральная улица, дом десять. От дома твоего все время прямо и у почтовых ящиков налево повернуть.
Надя положила трубку. Димке, что ли, позвонить? Он, конечно, скажет: к чертовой бабушке газ. Потом переоформишь. Полуянов искренне считал: коммунальные услуги – это нечто настолько мелкое, что и толики внимания не стоит.
