Десять ночей с бывшим

Ну а девка… мало их, что ли, приходит к вам устраиваться? Какие твои годы, Шалаев, найдешь себе еще целочку для воспитания.

Я сжал зубы.

Все внутри протестовало против их гнилых раскладов. Но если подумать, то остаться в «Голд-Элит» и сделать все, чтобы план Кольцова провалился, было лучшим вариантом. Хоть как сгладить последствия своего предательства.

Соня…

Нет, не выходило у меня. Не мог я спокойно уйти отсюда, оставляя ее в лапах этого малолетнего ублюдка! Не смеет моя женщина отказываться от меня! Сначала я ее сам выебу и высушу, а потом подумаю!

- Вали отсюда уже, - лениво сообщил я Милене, и она, усмехнувшись, подобрала с пола халатик и выскользнула из комнаты, а я ушел в душ.

"Там мысли и чувства атаковали меня еще безжалостнее. Что я ожидал от нее? От нежной зажатой девчонки с кучей тараканов в голове? Вытащил ее из ее раковины, показал, каким бывает секс, трахнул… я скривился. Считается ли плохим, если жертва вырубилась от удовольствия? Не знаю. Удерживать в доме, чтобы обрюхатить точно ничем хорошим не называется. Что я еще хотел после такого? А?

Откуда ей меня вдруг полюбить?

Эта мысль потрясла.

Я вышел из ванной, растерянно сел на кровать, медленно вытираясь полотенцем… Так вот это и есть любовь? Какого хера? За что? Неужели нельзя всю жизнь прожить нормально, меняя баб и развлекаясь как хочется? На кой хрен мне эта радость?

Вот это подстава…

Но я не успел даже трусы надеть, чтобы осмыслить такое открытие в каком-то пристойном виде, прогуляться, может, нажраться по такому поводу, как дверь в мою комнату открылась и внутрь впорхнула… Соня.

У меня уже глюки? Я уже чем-то успел закинуться и пускаю слюни в самом отстойном клубе города?

Она расплылась в широкой улыбке, и ее грудь соблазнительно подпрыгнула под маечкой.

- А мы к тебе в гости! - Радостно заявила Сонечка и… подмигнула.

Алекс. Соня

Я медленно сел на кровать, глядя на нее снизу вверх сощуренными глазами. Жадно ощупывая ее взглядом, трогая пока не руками, но уже жадно и голодно. Из-под футболки видно полоску мягкого живота, упругая грудь задорно натягивает ткань, тонкая шея и ключицы открыты в широком вороте. Схватить бы тебя, смять, сжать со всей силы, подмять под себя, накрыть всем телом и просто вдыхать твой запах, пока не сойду с ума.

Джинсы сидят на бедрах, мне кажется, или попа Сонечки стала пухлее? Сочная, упругая, так и манит подхватить, подсадить, вжать, рвануть пуговицы, развернуть и…

Мой взгляд мечется по всему ее телу, отмечая круги под глазами и локон на шее, дрожь пальцев и искусанные губы. Ты под ним их кусала, шлюшка моя?! Под этим молокососом, что следует за тобой, позвякивая новым набором наручников.