Дегустация волшебства

Если бы через два-три дня кто-нибудь спросил его, какие картины он замалевывал в минувшую субботу в «Валтасаровых Чертогах», Аркадий Западло только совершенно искренне пожал бы плечами.

Мужика со скрипкой привез рыжий Толян, давнишний знакомец Западло. Аркадий, конечно, знал, что Толян, – человек знаменитого Штабеля, но по своему вольному и пьющему положению, совершенно одинаково индифферентно относился как к Штабелю, так и к профессору Аристархову, от которого получил вторую картину – бассейн, выложенный мозаичной плиткой, и длинноволосая обнаженная женщина, сидящая на краю.

Все три официальных пайщика «Чертогов» разбежались на выходные кто куда, и Рудик Бальтазарян, широкой души человек, дал Аркадию ключи от мастерской, предупредив его, что может наведаться четвертый пайщик – черный кот Пинтуриккио, сокращенно Пиня."

"Пиня был личностью свободолюбивой и художественно одаренной, шлялся по крышам, ни в чем не ограничивая свои творческие наклонности. Для его посещений художники проделали возле одного из окон специальную небольшую отдушину, которую обозвали «Царскими вратами», и Пиня заходил в «Чертоги» величественной хозяйской поступью, оглашая мастерскую могучим мявом. Художники по-братски делились с ним остатками закуски – Пиня предпочитал любительскую колбасу и скумбрию горячего копчения – и затем, волнуясь, ждали, когда мэтр выскажет свое мнение о новых работах. Кот, наевшись, обходил мастерскую и внимательно, чуть склонив набок голову и распушив усы, осматривал работы на мольбертах. Если вещь ему нравилась, он долго сидел перед ней и минут через пять начинал громко и удовлетворенно урчать, если же он не одобрял творческий подход автора, презрительно фыркнув, удалялся восвояси.

– Если Пиня придет, – напутствовал Бальтазарян Аркадия, – ты ему дай чего-нибудь пожрать… колбаски, там…

Аркадий с готовностью кивал, но Рудик посмотрел на него с сомнением, зная, что Западло не имеет привычки закусывать. Однако на этот раз пессимизм Рудика был неоправдан: Аркадий, на радостях от удачно перехваченного аванса, зайдя в магазин за водкой, вспомнил о коте и купил полпалки полукопченой колбасы с загадочным названием «Сходненская».

Выпив для вдохновения полстакана патриотической водки, Западло покрыл оба холста специальным легко смываемым грунтом и задумался – что бы такое ему на них изобразить?

Радостное тепло, разлившееся по организму, напомнило Аркадию лето одна тысяча девятьсот восемьдесят пятого года, когда он находился в творческой командировке на Кубани, в колхозе-миллионере «Светлые заветы».