9
0
– А кто здесь работал в прошлую смену?..
– Кузьмич работал… Игнат Кузьмич Селиверстов.
– Что это за человек?
– А чего о нем сказать? Обыкновенный, как и все мы.
– Никаких странностей за ним не замечали?
– Ты мне, мил человек, вот что скажи, а у кого сейчас странностей нет? Все-таки сейчас война, кругом сплошное горе! Людям не до улыбок. Каждый по-своему свою беду переживает. Кто-то в себе все носит, а кому-то сил на это не хватает, вот отсюда и странности.
– А вы мудрец.
Старик печально вздохнул и ответил:
– Поживи с мое, тогда тоже мудрым станешь. Хотя одну странность за ним подмечу, в лес он любит ходить. Вроде бы и не рыбак и не охотник. Грибы и ягоды тоже не собирает. И вот ты скажи мне, мил человек, что он там делает?
– Вы его в лесу сами видели или кто-то сказал?
– Сам видел, чего мне о других говорить… Иной раз пойдешь за грибами, а он впереди маячит.
– А вы еще и наблюдательны. А вчера он что делал?
– Вчера у него как раз после ночного дежурства отдых был. Но мужик-то он непоседливый, его все чего-то беспокоит. А встретил я его на Красных буграх с мешком за спиной, – махнул он рукой в сторону соседней станции. – Я ему еще тогда сказал, чего ты по лесу-то шатаешься? А он мне отвечал, что дело у него срочное есть. Спрашиваю, что за дело-то? А он мне и говорит: «Агрегат нужно починить». Я еще тогда удивился, что у него за агрегат такой. Он ведь никогда ни с каким агрегатами дело не имел. Тут мне совсем интересно стало, что за агрегат, спрашиваю. А он отвечает, что от трактора, свояк просил починить. Хотя свояка у него отродясь не было. Да и не общается он ни с кем особо, нелюдимый он.
– А вы случайно не заметили, может, к нему кто-то заходил накануне? Или он разговаривал с кем-нибудь?
– Во время пересменки к нему какой-то майор-железнодорожник подходил. Они немного поговорили, и он ушел.
– Как выглядел этот майор?
– Да такой же, как и ты. Большой! Вот только взгляд у него дурной, тяжелый взгляд.
– А мешок у него был тяжелый? – продолжал допытываться Тимофей.
– Не хочу сказать, что большой, но вот тяжелый – это точно!
– Как выглядел этот агрегат через мешок?
– Что это был за агрегат, сказать не могу, но уж больно на ящик он был похож.
– А где сейчас может быть этот Кузьмич?
– У себя дома, наверное. Отдыхает. Где же ему еще быть?
– А дом его не покажете?
– Ох, нелегкая вас принесла, – в досаде покачал головой старик. – Вы думаете, что я вот так могу встать со своего места и куда-то потопать, чтобы вас уважить? Да с меня потом три шкуры снимут! И даже на мою старость не посмотрят! У нас хоть и не боевой пост, а дело серьезное.
