7
0
– Это зрелище пугает его…
– Не может быть! Оно его возбуждает, и вполне естественно!
– Скиллара, у него тело мужчины, но головой он совсем дитя.
Улыбка сошла с лица Скиллары. Она серьезно кивнула.
– Понимаю… Нехорошо получилось.
– Предлагаю уйти отсюда.
– Согласна. Давай сядем куда-нибудь поужинать, заодно обсудим дальнейшие действия. Однако подозреваю, после увиденного наш друг так просто не успокоится…
Зажав Чаура с обеих сторон, Баратол со Скилларой повели его прочь. Здоровяк сначала посопротивлялся, потом пошел сам, громко и нечленораздельно подпевая окружающим, чье пение тоже с трудом можно было назвать идеальным.
– Мы и впрямь потерянные, я погляжу, – сказала Скиллара. – Нам нужна цель… в жизни. Предлагаю начать с самой серьезной, самой насущной проблемы. Не важно, что будет завтра или послезавтра. Как провести остаток своих дней – вот что важно.
Баратол зарычал.
– Я серьезно. Если бы ты мог пожелать что угодно – все что угодно, – что бы ты пожелал, Баратол?
Второй шанс.
– А чего тут думать? С меня хватит кузницы и честного повседневного труда. Обычной честной жизни.
– Хорошо, с этого и начнем. Нужно составить список самого необходимого. Место, инструменты, гильдейские взносы и прочее.
Было видно, что она готова на все. На все, лишь бы упрятать поглубже свои собственные чувства – и держать их там как можно дольше.
Я не принимаю платы, Скиллара, но твой подарок я приму. И даже отвечу тебе взаимностью.
– Что ж, хорошо. Твоя помощь в этом деле мне точно не помешает.
– Договорились. Вот, гляди, еще куча народу. Все за столами и, похоже, едят. Нужно просто встать рядом с каким-нибудь недотепой и подождать. Думаю, место быстро освободится.
Дымка убрала голую ступню из промежности Хватки и медленно выпрямилась.
– Не дергайся, – прошептала она. – Аккуратно посмотри вон на ту троицу.
Хватка скривилась.
– Дымка, тебе делать больше нечего, кроме как заставлять меня краснеть на людях?
– Не говори глупостей. Ты же вся светишься…
– Да, от стыда! Вот, взгляни на Мураша: у него рожа, как у вареного рака.
– Она у него по жизни такая, – сказала Дымка.
– А мне все равно, – произнес Мураш, облизывая губы. – Все равно, чем вы двое занимаетесь, что на людях, что в комнате, которую вы облюбовали, с тонкими стенами, скрипящим полом и плохо закрывающейся дверью…
– Ага, которую ты должен был поправить, – огрызнулась Хватка и вполоборота поглядела на пришельцев, потом вдруг склонилась над столиком. – Нижние боги, тот, в шрамах, кого-то мне напоминает.
– Я пытаюсь ее сделать, честно. Постоянно поправляю…
– Поправляешь, конечно, а одним глазом подглядываешь в щелочку, – сказала Дымка.
– Заткнитесь, оба! – прошипела Хватка.
