7
0Торговцы это понимали: в конце концов, они тоже пустынный народ не хуже других. Они дали Баратолу несколько бурдюков с водой, чтобы хватило до ближайшего гарнизона: «Да, чего у мезланов не отнять, так это умения строить добротные перевалочные пункты. Там всех принимают, друг».
Также они дали ему самого крепкого жеребца, оставшегося от разбойников, крепкое седло, сушеного мяса и фруктов, а еще четырехдневный запас овса и вдобавок показали дорогу, которая позволит обойти смерть. Единственную дорогу.
Смерть будет идти за ним по пятам, сказали торговцы. Сейчас она выжидает, прячется от костра, но когда Баратол отправится, жнец на длинных ногах пойдет следом, будет петь о времени, о бесконечном голоде, который не прекратится, пока не пожрет все на своем пути.
«Когда тоска настигнет тебя, друг, не попадайся ей в сети, ведь тоска – это смертоносная наживка. Попадешься, и будет тащить тебя весь остаток жизни. За что бы ты ни схватился, Баратол Мехар, все утечет сквозь пальцы. События вихрем будут пролетать у тебя перед глазами. Все яства растворятся после одного укуса, одного глотка. Тоска притащит тебя в костлявые руки жнеца, и, оглядываясь на свою жизнь в последний раз, ты обретешь ясность – печальный дар неведомого бога – и узришь все, что ты потерял, что упустил, что мог бы иметь, но не имел.
А теперь скачи, друг. И берегись силков разума»."
"Слишком поздно. Эти два слова преследовали его и, вероятно, будут преследовать до самого конца. Жуткий речитатив вновь зазвучал в ушах, когда он увидел распухшее от воды лицо Чаура. Слишком поздно!
Но победный вопль заглушил проклятые слова. В тот раз получилось. Он сказал нет и выиграл.
Подобные победы бесценны.
Благодаря им мужчина может держаться на плаву. Благодаря им он может без страха смотреть в глаза женщине и видеть в них…
Троица оказалась на запруженной народом улице, среди пляшущих, перебивающих друг друга огней. Со всех сторон гремели местные песни, люди с пьяной щедростью делились кувшинами и бутылками, выкрикивали поздравления. Парочки обжимались у стен, шарили руками под растрепанной одеждой. Воздух кругом пропах похотью… Баратол замедлил шаг.
– Ну и завел ты нас, – рассмеялась Скиллара. – Признавайся, шел на зов?
Чаур с раскрытым ртом уставился на ближайшую парочку, непроизвольно покачивая головой в такт ее движениям.
– Нижние боги, – пробормотал Баратол. – Я что-то отвлекся.
– Как скажешь. Все-таки плавание было долгим, и ты наверняка истосковался… ну если только Злоба не решила…
– Нет, – отрезал Баратол.
– Что ж, значит, город соблазняет тебя плотскими утехами! Вся эта улица…
– Прошу тебя, хватит.
– Баратол, ты правда думаешь, что я отстану?
Кузнец выразительно перевел взгляд на Чаура.
