7
0Как и всех, их в конце ждет смерть – тот же испуг и одиночество, а все мгновения власти рассыпаются прахом, рассеиваются дымом.
Слушая трелля, стражник остановился и обернулся. За выходом из переулка начиналась стена, а слева пещерной пастью чернел туннель или ворота. Стражник вздохнул и повел Маппо туда, в дурно пахнущий проход. Треллю снова пришлось пригнуться."
"– Если твои сородичи такие же крупные и широкоплечие, как ты, – заметил стражник, – ваше племя, должно быть, держит соседей в страхе.
– Увы, сударь, мой народ не воинственный, иначе бы мы жили не в пример лучше. Славные времена треллей давно прошли.
Маппо остановился и посмотрел через плечо на проход. Оказалось, что стены как таковой нет – только кусок ее с полсотни шагов в длину. Там, где раньше продолжались оборонительные сооружения, втиснулись два неказистых здания.
Стражник засмеялся.
– Ага, вот и все, что осталось от Гадробийской стены. Одни ворота, да и то ими пользуются только воры и иже с ними. Почти пришли.
Храм Огни видывал и лучшие времена. Гладкие известняковые стены были расписаны либо молитвами, либо местной символикой. Среди рисунков затесались и похабные надписи – если судить по тому, как усердно их пытались затереть. Сточная канава, окружающая здание, была забита мусором, в котором возились толстые крысы.
Стражник провел трелля вдоль стены, затем направо. Они вышли на широкую подъездную улицу. Главный вход в храм представлял собой уходящую в землю лестницу, подножие которой было по щиколотку залито дождевой водой.
Стражник, видимо, заметил разочарование на лице Маппо.
– Да, культ пришел в упадок. Богиня, похоже, слишком долго спит. Не мое дело, понимаю, но зачем тебе туда?
– Пока сам не знаю. – Маппо вздохнул.
– Ну что ж, раз так, то да пребудет с тобой Огнь.
– Благодарю, сударь.
Стражник тем же путем отправился назад – туда, где лежат два трупа, вне всякого сомнения. Эта находка по-прежнему вызывала у Маппо смутную тревогу. Было что-то странное в ранах на втором теле. Какая-то нечеловеческая жестокость. Вот бы положить конец подобным зверствам – тогда бы поистине воцарился мир.
Маппо спустился по лестнице, захлюпал по воде к двери.
Она распахнулась ему навстречу. В проеме стоял худощавый мужчина с грустным лицом.
– Ты должен был знать, Маппо Коротышка, что это все не вечно. И вот ты стоишь передо мной, будто отрубленная рука, из которой хлещет кровь, заливая собой эфир, и конца этому нет.
– Конец настанет, – отозвался Маппо. – Мне нужно лишь снова отыскать его.
– Его здесь нет.
– Я знаю.
– Ты намерен пройти по жилам земли, Маппо Коротышка? Ты ведь за этим явился в наш храм?
– Да.
– Ты избрал крайне опасный маршрут. Этот путь отравлен, покрыт льдом с примесью чужеродной крови.
