Частная Академия (СИ)

Там за столы садятся гости. Вокруг Альбины Андреевны крутятся несколько мужчин в дорогих костюмах. Она не сказала, чем занимается сейчас, но явно какая-то очень важная шишка. И Баев просто подсунул ей меня!

— Тебе сюда. Садись, Мира. — Баев кивает на свободное место за столом.

— А ты? — спрашиваю, потому что, каким бы манипулятором и кукловодом ни был Артем, но сидеть тут одной, без него, мне точно не хочется! — Зачем я вообще здесь?

— Потерпи немного, — хмурится Артем. — Чуть-чуть осталось.

Совсем не удивляюсь, когда рядом садятся Настя с мужем, а с другой стороны — Альбина с какими-то важными мужчинами.

Артема поблизости нет.

Глава 54

В зале повисает тишина, атмосфера становится напряженнее. Перед сценой установлены телевизионные камеры, в проходах стоят люди с каменными лицами в черных костюмах. Мне очень неуютно, от Насти пахнет тонкими и очень дорогими духами, но ее нервозность и недовольство ощущается намного сильнее. Альбина негромко переговаривается со своими соседями. А я по-прежнему не понимаю, что здесь делаю.

Осторожно осматриваю зал — через два стола замечаю наконец Баева, он сидит со своими родителями.

Их я узнаю тотчас — почти ежедневно протираю их семейный портрет в кабинете на втором этаже. Взгляд бежит дальше и замирает на… Ульссон. Инга вместе с Шумским. Помирились, видимо, после скандала с порнухой. За столом с ними — их родители. Такие же важные и высокомерные, как их дети.

И тут начинается шевеление — операторы разворачивают в проход свои камеры, журналисты вскакивают со своих мест. Мужчины в черном проводят на сцену двух человек. Деда Артема, сенатора, тоже узнаю легко — только у него чуть больше седых волос и морщин на лице.

От него исходит тягучая аура власти, она давит, заставляет слушать и аплодировать. Арсений Баев вещает о важности нового центра для города, даже для всего региона, ему вторит второй мужчина. Это губернатор, и он благодарит всех, кто поспособствовал открытию онкологического центра.

Настя заметно подбирается, она не сводит глаз с губернатора и сенатора. Я, наверное, так не смогла бы. Ни льнуть к Альбине, которой нет до тебя никакого дела, ни вот так жадно смотреть на два живых символа власти и денег. Нет, я не осуждаю, я лишь понимаю, что так бы не смогла.

Я чувствую себя чужой в этом пространстве, и даже сидящая рядом Альбина Андреевна не спасает.

Я — всего лишь марионетка, которая играет роль, навязанную кукловодом. И от собственного бессилия хочется разорвать Баева в клочья.

Сенатор и губернатор под аплодисменты удаляются со сцены, за ними следуют фотографы и журналисты. Зал словно пустеет наполовину за несколько минут, хотя мероприятие продолжается: главный врач центра рассказывает о первых пациентах, которые уже лечатся здесь. Но его никто не слушает.