Чаща

Какое-то время мы ехали молча.

— Что может помнить твой отец? — спросил я.

— Не знаю. Но нам известно, что Джил к нему приезжал. Я предполагаю, что после его визита в голове у Айры что-то сдвинулось. Может, он что-то и вспомнил. Может — нет. С памятью у него совсем плохо. Возможно, он вообразил то, чего не было и в помине.

Мы припарковались рядом с «фольксвагеном» Айры. Один только вид автомобиля вызвал воспоминания. Айра постоянно разъезжал по лагерю на своем «жуке». Высовывал из окошка голову, улыбался, что-то развозил. Он разрешал подросткам украшать «фольксваген».

Но сейчас старый «жук» никаких воспоминаний не вызвал.

И все-таки перегородки ломались.

Потому что я надеялся.

Надеялся, что найду сестру. Надеялся, что впервые после смерти Джейн встретил женщину, которая мне действительно нужна, надеялся, что теперь рядом с моим будет вновь биться другое сердце.

Я попытался призвать себя к сдержанности. Попытался не забывать, что надежда — жестокая особа, что она может смять душу, как стаканчик из вощеной бумаги. Но в тот момент мне претили такие мысли. Я хотел держаться за надежду и обрести будущее.

Я посмотрел на Люси.

Она улыбнулась, и я почувствовал, что сердцу уже не хватает места в груди. Такого я не испытывал уже давно. А потом, к собственному удивлению, протянул обе руки и сжал щеки Люси. Ее улыбка исчезла. Глаза встретились с моими. Я чуть приподнял ее голову и легонько поцеловал в губы. Меня словно ударило током. Я услышал, как она ахнула. Потом ответила на поцелуй.

И окружающий мир тут же окрасился в яркие цвета.

Люси положила голову мне на грудь. Я услышал, как она плачет. Гладил ее по волосам и сам боролся со слезами. Не знаю, сколько мы так просидели.

Может, пять минут, может, пятнадцать. Просто не знаю.

— Тебе пора идти, — наконец прошептала она.

— Ты останешься здесь?

— Айра поставил условие: ты приходишь один. Я, может, заведу его автомобиль, чтобы подзарядить аккумулятор.

Второй раз я ее не поцеловал. Выбрался из машины и не пошел — полетел. Здание из красного кирпича стояло посреди зеленого парка. Фасад украшали белые колонны. Чем-то оно напомнило мне общежитие богатого студенческого братства.

За регистрационной стойкой сидела женщина. Я представился. Она попросила меня расписаться в книге посетителей.

Потом сняла трубку и что-то шепотом в нее сказала. Я ждал, слушая успокаивающую музыку, которая играла в вестибюле.

Появилась рыжеволосая женщина в юбке, блузке и очках. Выглядела она как медсестра, только без белого халата.

— Я Ребекка, — представилась она.

— Пол Коупленд.

— Я отведу вас к мистеру Силверстайну.

— Благодарю.

Я ожидал, что она поведет меня по коридору, но мы вышли в парк. Ухоженный, уже подсвеченный, хотя еще не стемнело, декоративными фонарями.