3
0
Сегодня утром я встречалась с отцом, и не уверена, стоит ли рассказывать об этом сейчас, когда мама и Василина в полной гармонии друг с другом нарезают оливье.
— Привет, — прислоняюсь лбом к дверному косяку, заглядывая в дверь.
По телевизору над их головами советская классика кинематографа, волосы Лины накручены на бигуди. Она планирует фотосессию с новогодней елкой для своих соцсетей и готовится к этому ответственно.
— Голодная? — мама смотрит на меня через плечо. На ее голове тоже бигуди. — Сделать бутерброд?
— Угу… что-нибудь помочь?
— Да, нет.
— Да.
— Я конечно не настаиваю… — замечает она. — Но ты у нас не под домашним арестом. Могла бы и выбраться куда-нибудь. С друзьями…
Внутренне я отвергаю это предложение в ту же секунду, как оно озвучивается, ну а вслух произношу:
— Может быть.
У меня около трех вариантов того, с кем затусить сегодня, но думать об этом мне просто не хочется. Я никуда не хочу."
"Наша с Васькой комната теперь принадлежит мне. Сестра переехала в комнату мамы, а мама переселилась на диван в большой комнате.
Откусив от бутерброда, вяло раздеваюсь, собираюсь прилечь поспать. Так и делаю, и, как только голова касается подушки, проваливаюсь в мгновенный сон без сновидений. Меня будит сигнал будильника, и я выползаю из кровати только потому, что будет свинством просто уснуть до утра, притворившись мертвой. Приняв душ, облачаюсь в легкое платье чуть выше колена и капроновые колготки.
В одиннадцать я усаживаюсь на диван перед телевизором и принимаюсь бездумно переключать каналы, пока мама и сестра накрывают на стол.
— У тебя телефон звонит, — Лина ставит на стол салатницу и уносится на кухню.
Мой телефон?
Встав с дивана, плетусь в прихожую. Из кармана куртки гремит мой рингтон. Я поставила его на максимальную громкость. Так… на всякий случай.
Когда извлекаю его из куртки, мое сердце подпрыгивает к горлу.
Неопределенный номер на дисплее вырывает из груди стон.
— Алло! — кричу быстрее, чем успеваю поднести трубку к уху. — Алло!
Щелчок и шипение, а потом в барабанную перепонку ударяет невыносимо знакомый голос.
— Привет.
Закрыв глаза, запрокидываю к потолку лицо.
— Привет… — выдыхаю.
Черт, черт, черт…
Три месяца! Три! После того единственного звонка.
— Помнишь меня? — произносит Денис с тихим смешком.
— Дурак… — выпаливаю. — Ты… ты… как дела?
— В норме. Как ты?
— Фролов… — стону. — Я так соскучилась…
— И я…
— Где ты? — тараторю.
— Это военная тайна.
Твою мать!
— Ты очень далеко?
— В другом часовом поясе.
