4
0
Мой приятель, главный психиатр района тоже с ней беседовал — надо ж хоть чуть-чуть понять — не больная ли в первопричине на голову? Говорит:
— Да нет, нормальней нас тобой. Все соображает, все реакции адекватные, одно жалеет, сколько лет зря потеряла, не могла раньше сообразить — как надо жить.
— Ну и что ж с ней теперь будет?
— Ничего. Под кодекс она не попадает, насчет умышленного заражения. Она же не знала, что больна. Потом, она же активно сотрудничала с медициной и милицией, без ее помощи много хуже было бы.
— И вот она вылечится и…
— Отпустят. Документы у нее в порядке. К мужу и детям возвращаться, вроде, не хочет. Но обещала, что больше такого не будет. Будет гигиену соблюдать.
Дальше я о ее судьбе, ничего, конечно, не знаю. Тоже теперь уж немолодая, около пятидесяти должно быть. Много времени-то прошло.
Научный валенок
Проводили мы обследование Белозерного газоперерабатывающего завода на севере Самотлора в часе езды от Нижневартовска по бетонке. Прекрасный завод — хьюстонское проектирование, японская комплектация. И вот по ходу дела оказывается, что составы сырого газа, которыми оперируют японские пусконаладчики, ни в какие ворота не лезут. Не только к проектным не имеют ни малейшего отношения — но и к тому, что от нефтяников с площадок сепарации на завод уходит. Я на это японцам показываю — а они мне на хьюлет-паккардовские хроматографы в лаборатории.
В бригаде на этот раз нас трое: я из ВНИПИГазпереработка, и два моих приятеля, начальники отделов из ЦНИЛа (Центральной Научно-исследовательской лаборатории объединения Нижневартовскнефтегаз). Виктор, по дружескому прозвищу ""Колобок"", очень толковый химик-аналитик и Валерий — высокий интересный парень, чуть меня помоложе, бывший прораб на строительстве Омского нефтехимкомбината и Нижневартовского ГПЗ, сейчас он подготовкой нефти на Самотлоре занимается. Толковали мы, толковали с японцами и с заводским людьми — ни до чего так и не договорились. А уже идет скандал — на завод непроектный газ поступает.
""Ладно, — говорю, — приборы у вас тут класс! А вот как Вы пробы отбираете?"" Полезли наверх, на эстакаду по вертикальной лестнице, еле в полушубках пролезли. Девочка-лаборантка при нас открывает вентиль и отбирает пробу. Я на такие дела смотрю уже много лет, начиная с 63-го года, когда аппаратчиком на уфимском ""Синтезспирте"" работал. Там девочки отбирали газ в футбольные камеры — приставила, надулось, зажала специальной железочкой и в лабораторию на анализ. Приходилось тоже видеть и самому для этого дела использовать обыкновенные бытовые презервативы. То-то они всегда в советское время в дефиците ходили. Только такие пробоотборники газ хреново держат.
