Антология советского детектива-7. Компиляция. Книги 1-11

А пока напишите представление к награде, на Никулина и Аббаса. Как только получим от “Бурана” сообщения, подтверждающие их данные, они будут награждены. О вас я побеспокоюсь сам.

Капитан Фиш расплылся в довольной улыбке и вышел, оставив Шиммеля одного.

…Начальник “Абверкоманды-104” нервно расхаживал по кабинету. Ведь все как будто бы обстояло благополучно. Никулин вне подозрений. Ведет себя хорошо. Аббас подтвердил правдивость доставленных им сведений. Войсковые разведчики наблюдают сосредоточение войск противника именно в том районе, на который указал Нику­лин.

Почему же он не может отделаться от сомнений? Что это, усталость или предчувствие?

А тут, как назло, от “Бурана” нет новых сообщений. Что там может быть? Всех захватили русские контрразведчики? Маловероятно. В группе опытные агенты. Высадились они благополучно, начали работу. Теперь их так просто не возьмешь. Шиммель понимал, что группе “Буран” придется действовать в сложных условиях, при большой концентрации войск. Малейшая неосторожность мо­жет привести к провалу. Но и в этих условиях подготовленные разведчики сумеют сообщить о себе.

Успеют даже в том случае, если им придется принять бой, чтобы прикрыть радиста.

В группу “Буран” Рудольф и Шнеллер лично отобрали наиболее подготовленных, способных, проверенных агентов. Немыслимо, как заявил Рудольф, чтобы эти люди провалили задание. Что ж, ему можно верить. За последнее время подготовка агентуры в школе заметно улучшилась. Рудольф изо всех сил делает карьеру. Так почему же замолчал “Буран”?

Если бы только подполковник Шиммель мог знать, где сейчас находятся и чем занимаются его “падежные” люди, его наверняка хватил бы удар.

Немыслимым, невероятным, диким показалось бы ему сообщение о том, что руководитель группы “Буран” — человек, запятнавший себя бесчисленными преступлениями, живой и невредимый сидит на допросе в кабинете подполковника Сосницына, а остальные агенты весьма дружелюбно совещаются с генералом Быстровым о том, как лучше провести его, Шиммеля!

В то раннее утро Быстров принимал очередной доклад о “путешествии” Маковенко с Аббасом. Генерал с искренним увлечением расспрашивал оперативного сотрудника о деталях проделанной работы, намечал меры, которые нужно будет предпринять, если молодому чекисту Маковенко понадобится помощь в единоборстве со шпионом.

и тут ему принесли телеграмму, из которой следовало, что на участке одной из дивизий добровольно сдались два немецких агента и привели с собой связанным старшего группы. Организатором явки с повинной является бывший лейтенант Красной Армии Курынов — радист “Бурана”.

Прочитав телеграмму, Быстрой улыбнулся. Николай Константинович Никулин немало рассказывал ему о Курынове.