Шайтан его разберет, что в этом Ковязино вообще уцелело. Стоят кое-где дома, это верно. Но ведь вывесок на них нет — это, мол, поповский, а дальше — учительский.
Волнение Аббаса было понятно Шиммелю. Агент получил четко ограниченную задачу — разведать места сосредоточения двести двадцать седьмой стрелковой дивизии и сто сорок второй отдельной морской бригады, выяснить, каким путем они прибыли на “пятачок”, куда ушла семьдесят первая стрелковая бригада. Не мог же Шиммель сказать своему агенту, что цель его задания — лишь в проверке сведений, давно добытых и доставленных другим.
— Откуда узнал номер дивизии?
— Рассказывали солдаты, офицеры. Один даже документы мне показал, господин подполковник.
— Будем считать, что здесь все ясно, — размышлял вслух Шиммель. — Болтунов вам удалось найти. А вообще, какое настроение у солдат и офицеров?"
"— Врать не буду, — осторожно начал Аббас, — настроение боевое. Чувствуется, что люди готовятся к наступлению. Об этом только и разговор.
Шиммель снова подошел к карте и жестом пригласил к ней Аббаса.
— Значит, вы считаете, что русские стягивают войска вот в этот район?
Шиммель обвел карандашом участок от населенного пункта Усть-Рудицы до реки Черной и дальше на северо-запад.
— И вот сюда тоже направлялись, — показал Аббас несколько западнее. — Шла пехота, танки, артиллерия. Сам видел и людей расспрашивал.
— Так. На сегодня достаточно. Можете отдыхать. Когда Аббас вышел, Шиммель и Фиш принялись детально анализировать и сопоставлять имеющиеся сведения.
— В большинстве своем наблюдения Никулина и Аббаса совпадают, — заключил после длительного раздумья капитан Фиш.
— Да, совпадают, — откликнулся Шиммель. — По всему видно, Никулин все-таки прав. Русские концентрируют силы для нанесения удара с “Ораниенбаумского пятачка” на Котлы–Кингисепп. Аббас подтверждает его наблюдения. Подождем еще, что сообщит “Буран”. Связь с ним установлена. Приземлились удачно, приступили к выполнению задания. Будем ждать новых сообщений.
— Нам, конечно, не привыкать ждать, — вздохнул Фиш, — но это все же нелегкая обязанность, особенно когда находишься на передовой…
Капитан явно намекал на свое пребывание на передовой линии фронта, надеясь, что Шиммель оценит его службу.
— Я думаю, вам тоже следует отдохнуть, — оторвавшись от бумаг, сказал наконец Шиммель. — Ваш труд будет достойно оценен.









