12
0Наконец, не в силах скрыть замешательство, пробормотал:
— Действительно — обстоятельства… Почему не сообщили раньше?.. Что–либо переигрывать поздно…
Запинаясь на каждом слове, она пыталась объяснить:
— Надеялась, что… это не так… Что не может быть… Так нежданно… Я думала… просто недомогание… У женщин бывает… Но мне это не помешает выполнить задание… Не волнуйтесь… Я же не больна… Я хочу, чтобы об этом узнал Костя!
— Та — ак! — даже закряхтел гауптман и почесал пятерней затылок, — Ну и дела! Костя и Маша заварили кашу, а нам расхлебывать…
Марков поймал беззащитный взгляд Кристины, полный тоскливой невысказанной мольбы, увидел ее глаза, наполненные прозрачной влагой, и спохватился:
— Ну вот, уже и слезы! Если я что–то не то брякнул, Кристина, извините меня — очень уж все это неожиданно, как снег на голову среди лета… Согласитесь, для меня эта новость, мягко говоря, сюрприз не из лучших…
— Так уж получилось, — подавленно отозвалась Кристина.
— Я понимаю, жизнь есть жизнь, и на войне — люди, а не чурбаки… Но кто отвечает за вас и вашу безопасность? Вот этот ваш покорный слуга, — он ткнул себя в грудь, — По крайней мере, сейчас, пока я здесь, с вами…
Марков сложил руки за спиной и молча начал вышагивать по комнате. Он размышлял о чем–то, и этим маршем по комнате высказывал свое беспокойство.
Все сплелось и сложилось так, что ей необходимо будет выехать в Германию. Именно ей и именно теперь! В его мыслях она уже была не просто фрейлейн Кристина Бергер, шарфюрер СД, а жена немецкого ученого и офицера Адольфа Шеера, мать которого живет в Берлине, и она должна отправиться к ней. К кому же еще? Нет, такую редкую возможность, мотивированную со всех сторон, терять было нельзя. Но ребенок, как ни крути, будет считаться внебрачным, и неизвестно, как это воспримет старая Шеер. Признает ли она его за наследника рода? Эти аристократы, утратившие титул, чванятся еще с большей спесью, чем осененные средневековой тенью геральдического древа.
Марков вспомнил приказ Центра: все вопросы и препятствия, которые возникнут во время хода операции, решать на месте. Самостоятельно. Исходя из реальных условий, которые могут неожиданно возникнуть. Вот они и появились — эти препятствия и тяготы. Думай, Марков, мозгуй! Судьба девушки зависит от тебя!
«Собственно, в чем затруднение? — мысленно разматывал он образовавшийся клубок. — Двое полюбили. Вступить в официальный брак не успели: жених погиб.
