Антология советского детектива-1

Даже выполняя указания Шлоссера, капитан вел себя так, словно он был не побежденным, а победителем. Вероятно, уверен, что его сигнал о работе под контролем дошел до Москвы — только так мог объяснить его поведение Шлоссер.

А теперь эта карта. Капитан не пытался больше агитировать Шлоссера. Шлоссера не покидало чувство, что русский хладнокровно и последовательно его изучает. Разглядывает. Как вот эту карту. Исследует слабые и сильные стороны, понимая сегодняшние трудности, не сомневается в конечной победе.

— Долго. — Скорин вздохнул. — Как сказала одна русская женщина, всех на танки не пересажаешь.

Пешком идти надо. — Он провел рукой от линии фронта до Берлина. — Сколько людей погибнет, барон!

Шлоссер пожал плечами: он никогда не думал над этим.

— Даже не задумывались? Зря. — Скорин увидел на пороге комнаты Лоту. Шлоссер, продолжал стоять лицом к карте, не видел девушку. Теперь Скорин говорил больше для Лоты, чем для барона. — Придет время, барон, и вам зададут этот вопрос, не здесь… Может быть, его задаст ваш сын.

Усмешка сошла с лица Шлоссера, он задумчиво теребил ус, пытаясь хотя бы приблизительно представить — действительно, сколько погибнет людей в этой битве? От Скорина не ускользнула задумчивость барона и любопытные глаза Лоты.

Момент был благоприятный, Скорин решил не упускать его.

— Парадокс в том, барон, что все известно до конца. Мы разобьем ваши армии. Уничтожим фашизм. Будет суд. Такие, как вы, барон, отойдут в сторону, произнесут традиционные слова: «При чем здесь я? Я солдат! Я выполнял приказы».

Шлоссер деланно рассмеялся, повернувшись, увидел Лоту, зло посмотрел на Скорина.

— Вернитесь на грешную землю. Вам пора на прогулку, капитан. Насмешливо-презрительный тон Шлоссера должен указать Скорину его место.

Фрегатен-капитан Целлариус понимал, что Шлоссер прав, — серьезная дезинформация может быть передана только со ссылкой на очень солидный источник. Такового у русского разведчика пока нет. Необходимо принять срочные меры. И Целлариус вновь вылетел в Берлин…

Адмирал одобрил кандидатуру, предложенную Шлоссером, — полковник генштаба Редлих имеет доступ к секретнейшей информации и не имеет серьезных покровителей.

Последний фактор играет решающую роль. Через два дня Целлариус и несколько растерянный внезапной и не очень обоснованной командировкой полковник Редлих прилетели в Таллинн. Прямо с аэродрома они приехали в абверштелле, где их ждал Шлоссер.

После традиционных приветствий, рюмок коньяка и расспросов о здоровье семьи простодушный полковник, расчувствовавшись, выложил на стол объемистую пачку семейных фотографий. Шлоссер вежливо кивал, выслушивая пояснения к многочисленным снимкам.