Тинь-тинь-тинь-тинь!
Со стороны отмечающих непонятный праздник долетел тонкий перезвон хрусталя. Это очередной желающий произнести тост (ну, или просто без помех высказаться), привлекал всеобщее внимание. Путем легкого постукивания вилкой по бокалу. Привлек, причем у всех в ресторане, от метрдотеля до последнего официанта, и звучным баритоном начал:
— Господа, я думаю, что выражу общее мнение!..
На этом фоне почти неразличимо прозвучало совсем другое:
— Я знаю, что всех не спасти. Но боже мой, как бы мне этого хотелось…
Князь ""потух"", отрешенно уставившись куда-то в центр стола.
— Всех не накормить — это верно. Но кое-что мы все же сделать можем.
Агренев еще раз над чем-то задумался.
— Первое: больше никаких новых столовых. Второе — на основе уже открытых столовых срочно разворачиваем первые временные приюты-лагеря для детей, одновременно наращивая их общее количество.
Тяжелое золото взора сменилось на теплый янтарь:
— Геннадий Арчибальдович, я надеюсь на вас. ВСЕХ не спасти, но детей все же надо. Люди, продовольствие, медикаменты, одежда — все это будет. Я обещаю. Вашей же заботой будет только одно…
— Шампанского!!!
Глаза оружейного магната вновь странно замерцали:
— Вы не знаете, кто это так весело гуляет за моей спиной?"
"— Поневоле узнал, Александр Яковлевич, пока вас дожидался.
— То есть пока он тут принимает поздравления, там.
Легкий кивок обозначил нечто зыбко-эфемерное. Вроде полутысячи мерзнущих, голодных, но притом упорно не разъезжающихся по домам возчиков на привокзальной площади.
— Ждут результатов его работы. И насколько я понимаю, ждут достаточно давно. Занятно!..
Тем временем, капитан-гвардеец вполне закономерно подметил интерес одного из посетителей ресторации, и проявил ответный. После чего немедля пошел на сближение:
— Князь! Вы, и здесь, в этой глуши? Когда я оставлял столицу, в ней только и было разговоров об этом вашем, хе-хе, ""Колизеуме""! Но что же вы сидите здесь, давайте в наше общество?..









