5
0У тебя будет самая профессиональная защита, какую можно найти в городе. Это — Яков, лучший адвокат по уголовным делам, он будет тебя защищать.
— Да ты офонарел, Ник?! Я никогда бы этого… — Ору так, что у самой в ушах звенит.
— Тихо, рот закрой. Вась?
— Я пообещал, что сам ее привезу. Не надо тут пугать приличную публику…
— Куда привезете? Я никуда не поеду.
— Мария, — тут опять хлыщ, то есть Яков. — На орудии преступления ваши отпечатки, вы громко ссорились, свидетели также показали, что потерпевшая давала вам ключи от своей квартиры и у вас нет алиби.
— Какие отпечатки? — Что это за сон такой хреновый?!
— Твои дура, твои! Ты зачем ее грохнула?!
— Непреднамеренное… ссора… состояние аффекта.
— Да какой нахер аффект?! Не делала я этого, не делала!
— Кого еще видела, кроме Савельева?
— Водителя его.
— Номер машины?
— Не помню, Ник! Номера точно не местные, «Лексус», черный. Седан. Он меня почти до дома довез, а потом…
— Посмотри камеры у охраны, может будет что? — Старый Хрен уже не слушает Айса, сам звонит куда-то.
— Я Не Делала Этого! Слышите меня?! И мне надо позвонить папе и Варе.
— Варе я сам скажу, а папу лучше не беспокоить. Яш?
— В какой одежде вы были? Как ваши отпечатки на ноже оказались?
— Да не знаю я! Я там часто бывала у нее и вечером вчера тоже.
— «Лексус» пробили, но он не Савельева.
— Чей?
— Его партнера по бизнесу. Мобильный Савельева недоступен.
— Найдите его, пожалуйста!
— Мария, давайте с самого начала, максимально подробно весь вчерашний день, ночь и утро. До того момента как поднялись в эту квартиру.
Начинаю рассказывать, они слушают, не перебивают. На память никогда не жаловалась, и сейчас помню все очень отчетливо.
— Что именно вам сказала Елена, после чего вы ее ударили?
— Чушь какую-то несла, что ненавидит таких богатых сучек, как я, что скоро папа будет на нее работать.
— А что у папы?
— Рахимов. — Ответил за меня Айс. Яков кивнул и больше не стал спрашивать.
— Кто это слышал?
— Из знакомых? Никто, мы вдвоем за стойкой сидели, остальные на танцполе были, но они видели, наверное, как мы ругались.
Отвечаю на его вопросы еще минут пять, наверное…
— Все.
— Какие вещи? Не поняла.
— Мария, я сделаю все возможное, чтобы вытащить вас отсюда, но обвинение в убийстве это очень серьезно.
— Думаешь, сразу предъявят?
— Не исключаю. Поехали.
— Я этого не делала, вашу мать!
— Помолчи и подумай, все ли ты рассказала.
Ник закрывает дверь, а у меня возникает паскудное чувство, что сюда я сегодня уже не вернусь.
