А кто у нас муж?

— А как ты начал всем этим заниматься? Ты ведь не учишься, да?

— Я всегда учусь, Маш. Все время, но да, студентом так и не стал. Некогда было.

И все, снова утыкается в монитор. А я сижу и смотрю на него.

— Почему ты никогда мне не рассказывал об этом?

— Ты не спрашивала.

А я вспоминаю, как орала тогда на него у Айса в квартире, когда его с Луизой увидела перед домом. Это ж месяца полтора назад было или чуть больше…

Все-таки холодно, тянусь за своей кружкой с чаем и вдруг слышу:

— Поздно уже, мне еще работать надо. Тебе такси вызвать?

Так и застыла с кружкой в руке. Э, нет! Ты меня больше отсюда не выгонишь! Даже не пытайся!

— Я здесь останусь.

С тобой.

Знаю, что уверенно смотрю на него, даже нагло. А внутри всю колотит…

— Мама умирала четыре года. Медленно. Он знал об этом, даже не позвонил ни разу ей, не говоря уже… Маш, я ничего от него никогда не приму. И от Максима тоже.

— Знаю.

Он молчит, думает о чем-то. А меня так и подмывает сказать, что я бы вытряхнула из этой семейки все и они еще должны остались бы.

— Ничего не изменилось, Маш. И не изменится. Я никогда не буду таким, как тебе хочется.

Да это и ежу понятно! Но что ж с тобой таким упертым делать?!

— Знаю.

Я все равно не уйду, Дань.

Опять молчит! Совсем с ним свихнусь когда-нибудь. Отворачивается обратно к монитору, стучит по клаве.

Понимаю, что промолчать надо, но не могу! Не я это буду.

— Дань! Они тебе обязаны! И Макс, и твой… ваш… в общем Полянский. И ты имеешь право получить с них деньги! Много денег! И пусть эта гнилая фамилия…

— Я ведь тоже Полянский, Мань! — Встает со стула и подходит ко мне. Ерошит волосы на голове, усмехается, но взгляд серьезный.

— То есть? Ты же Щеглов.

— Мама заставила его официально признать меня и фамилию свою дать.

Для нее это очень важно было. Даже когда… каждый раз требовала мой паспорт, проверяла, не поменял ли обратно. Это была ее воля. Единственное, на что согласился. Я никогда ничего от них не возьму. Маш, забудь о них. А об их деньгах особенно. Ясно? Ты же вроде как ко мне пришла, да?

Полянский! Господи, и он Полянский! Обалдеть как ясно! К тебе, конечно, к тебе я пришла!

Забираю его пустую кружку со стола и ухожу на кухню, чтоб не ляпнуть еще чего-нибудь. А очень хочется!

Время и правда, позднее. Спать пора. Помню, как вчера тут лежали на диване.

Куда интересно он дел надувной матрас?

— Дань? А помнишь тут был матрас, ты летом его приволок откуда-то?

— Отдал, — пожимает плечами. — Мне он не нужен был. Я его тогда для тебя достал.

Почему все, абсолютно все заставляют меня чувствовать себя последней сволочью?! Все, Маша! Успокойся. Так и правда свихнуться недолго.

— Футболку дашь? Я в душ хочу. И у тебя совсем нет еды, никакой.

— Футболка? — Достает из шкафа какую-то короткую майку. — Пойдет?

— И шорты! А лучше треники, если есть.