А кто у нас муж?

Очень сильно, раз Никита забрал у нее трубку и сразу же спросил, где я. Толком сказать ничего не могла. Хорошо охранники ресторана ему все объяснили и такси для меня вызвали. А еще полицию предлагали вызвать. Ну уж нет, обойдусь сегодня без ментов.

— Идти можешь? — Даня оказывается рядом с такси, как только машина остановилась у шлагбаума. И не дожидаясь ответа, осторожно, за руку, вытаскивает меня из салона. — Маш, посмотри на меня!

Я не знаю, как он тут оказался, может, у Айса был, когда я Варе звонила или только что приехал, но мне не очень хочется, чтобы он смотрел на меня такую.

Жалкую, напуганную, со спутанными волосами, в грязном пальто… Но он словно не видит всего этого, держит меня за плечи, прижимает к себе.

— Ты как? — голос глухой, чужой какой-то, не Данин.

— Каблук сломала! — Бормочу в ответ. Тут холодно, ветер сильный, пронизывающий до костей, прижимаюсь к нему, чтобы согреться. — Эй! Ты чего?

Оказываюсь вдруг в воздухе, машу руками. Ого! На руки меня поднял, несет куда-то.

Чуть не крикнула «отпусти», но вовремя одумалась. Пускай! В шею теплую ему носом уткнулась. Хорошо…

Он усаживает меня на заднее сидение ледневского вольво.

Сам сел рядом с Никитой. Тут ехать-то две минуты от шлагбаума до подъезда… но они почему-то все равно машину пригнали.

Ник остановил тачку прямо у подземного лифта. Сама из машины не выхожу, может, Рыжий меня еще до лифта донесет? И точно! Жаль, тут всего пару шагов, даже устроиться поудобнее на его руках не удалось. Никогда не думала, что он поднять меня сможет, тощий ведь, как жердь.

В лифте стою, прижавшись к Дане, Леднев рядом, на нас не смотрит. Никто так и слова не произнес, пока ехали, зато как только двери лифта раскрылись…

— Машка, господи, Маша! Что с тобой? Ты жива? Что он сделал?!

Барсукова стоит у открытой двери, на ней лица нет.

Не думала даже, что она так сильно за меня беспокоится.

Мы сидим на кухне Айса, Варька уже раза три, наверное, спросила, нужно ли мне еще что.

— Плодов, значит. — Айс стоит у окна, скрестив руки на груди, мрачно смотрит на меня, как будто обвиняет в чем-то.

— А я-то в чем виновата? Это он на меня набросился…

— Гарем из мужиков собрала вокруг себя. — Он явно не слышит, что я говорю. — Ты же вроде как с Савельевым встречаешься.

Блин! Я пострадавшая, а теперь еще оправдываться приходится. Что за фигня вообще?!

— Коньяк есть? — Краем взгляда вижу, как скривился Рыжий. Он трезвенник убежденный, его бесит, когда я пью. А я не выношу его сигареты и что он там еще курит!

Варя вытаскивает из бара «Хеннесси». Ну вот, уже лучше.

— Я вообще не знала, что это он! Да в жизнь с ним не пошла бы никуда! Я думала, это Матвей так прикалывается, цветы присылает.

Делаю большой глоток коньяка, чувствую, как тепло по телу разливается.