3
0Дочь расплакалась. Мать - нет. Вместо печали она ощутила тепло внизу живота - и погрузилась в воспоминания…
***
- О хрупкий город! Чужаки приходят …
Пустая равнина под пустым небом. Одинокий огонь, столь слабый, что почти проглочен кругом закопченных, потрескавшихся камней. На одном из двух плоских валунов, что лежат около костра, сидит низенький толстенький человечек с редкими и грязными волосами. Выцветший красный жилет, под ним льняная рубаха с запятнанными, но когда-то белыми манжетами. Рукава с трудом удерживают в себе ожиревшие руки. Круглое лицо готово поспорить цветом с пламенем.
Как раз сейчас он крутит и дергает бороденку, нахмурившись и глядя в костер.
Что такое пел седовласый бард? Там, на скромной сцене “К’рул-бара”, в полночь, когда он сидел на излюбленном месте, довольный жизнью в славном, не раз спасенном им городе?
- О хрупкий город! Чужаки приходят…
- Я должен кое-что сказать тебе, Крюпп.
Коротышка поднял глаза. С другой стороны очага появилась фигура под капюшоном, протянула руки к огню. Крюпп откашлялся. - Немало времени прошло с той поры, как Крюпп обнаружил себя сидящим в том положении, в котором ты видишь его сейчас. Соответственно, Крюпп давно понял, что ты пожелал сообщить ему нечто столь важное, что это нечто достоин выслушать один лишь Крюпп.
Что-то слабо блеснуло в темноте капюшона. - Я не участвую в войне.
Крюпп дернул за крысиный хвост бородки. Он гордился собой, ибо сумел промолчать.
- Ты удивлен? - спросил Старший Бог.
- Крюпп всегда ожидает неожиданного, старый друг. Неужели ты ожидал иного? Крюпп шокирован. Ах, вот и мысль появилась. Залетела в мозги после дерганья за бороду. К’рул заявляет, что не участвует в войне. Однако же, подозревает Крюпп, он все же является призом войны.
- О, ты понимаешь, друг мой. - Старший Бог вдохнул. - Я не сказал вслух… но ты выглядишь печальным.
- Печаль имеет множество оттенков вкуса, и Крюпп перепробовал все.
- Не желаешь рассказать? Я, смею надеяться, хороший слушатель.
- Крюпп видит, что тебе досаждают. Может, не время?
- Не имеет значения.
- Для Крюппа - имеет.
К’рул глянул в сторону. Приближался еще один странник - худой, седовласый.
Крюпп запел: - О хрупкий город! Чужаки приходят … - Как там дальше?
Седовласый громко ответил: - …чтоб в щели спрятаться и затаиться.
Старший Бог вздохнул.
- Присоединяйся, друг, - предложил Крюпп. - Сядь у костра. Ты отлично видишь: это сцена, словно созданная для таких как мы.
