22 июня — 9 мая. Великая Отечественная война

Защищали Дорогу жизни зенитки и истребительная авиация. Но непрекращающиеся немецкие бомбардировки и артиллерийские обстрелы дороги достигали цели. Только за первую неделю перевозок было потеряно 52 машины. Начальник Дороги жизни капитан 1 ранга М.А. Нефедов писал: «Ночью надо ездить по озеру со светом. Это дешевле стоит, меньше бьем машин, чем потеряем их от вражеской авиации». Полыньи от разрывов снарядов усугубляли и без того непростую ледовую обстановку, особенно ночью. Иной раз машины уходили под лед так быстро, что некоторое время из-под воды со дна светили их фары.

За первый месяц работы трассы утонуло и застряло в полыньях почти 300 машин. Но цель была достигнута – 25 декабря впервые норма выдачи хлеба в Ленинграде была повышена и в дальнейшем уже не снижалась. Через месяц она была вновь повышена, а еще через три недели вернулась на уровень 500 граммов для рабочих и 300 граммов для иждивенцев. Были возвращены в рацион крупы, макароны, жиры, а с апреля – мясо. Среднесуточный объем перевозок уверенно превысил суточную потребность города. Обратными рейсами шла эвакуация ленинградцев. За зиму грузовики-«полуторки» вывезли более полумиллиона человек.

Трофейный советский средний танк Т-34-76, захваченный финскими войсками во время боев в Карелии в районе Медвежьегорска. 1941 г.

Грузовики-«полуторки» вывозят людей из блокадного Ленинграда по льду Ладожского озера. Зима 1942 г."

"Тем не менее январь и начало февраля 1942 года стали самыми страшными месяцами Ленинградской блокады, когда умирало до 4 тысяч человек ежедневно, в отдельные дни – до 7 тысяч. Первую половину января все неработающее население города никаких продуктов по карточкам вообще не получало.

Выработка электроэнергии сократилась до 4 % от довоенного уровня. В январе установилась морозная погода и температура падала до минус 30 и ниже. Водопровод и отопление не работали, на дрова шла мебель, заборы, доски и бревна из разрушенных бомбежками зданий. Е.А. Скрябина писала в дневнике: «Смерть стала явлением, наблюдаемым на каждом шагу. Когда утром выходишь из дома, натыкаешься на трупы, лежащие в подворотне, на улице. Трупы долго лежат, так как некому их убирать». Невероятно, но в этих условиях город продолжал работать. Кировский завод, находясь всего в 4 километрах от фронта, ни на день не прекращал выпуск и ремонт танков. Случалось, что полусобранные тяжелые танки КВ вели огонь по противнику прямо из заводских цехов через проделанные в стенах амбразуры. Во Всесоюзном институте растениеводства на площади Воровского (ныне – Исаакиевской) находилась уникальная коллекция образцов зерновых и других сельскохозяйственных культур.