7
0
– А почему нет? Ты теперь, вроде как, и вовсе бескорыстно участвуешь в этом всеобщем безумии! Войск, конечно, много уже нагнали, но там ведь Ван будет. Да и у остальных войск в разы больше, чем будет у нас, а тут и командующий непонятный и Империя, словно отгородилась от этого похода.
Принц хмыкнул.
– Ну то, что отгородилась, это сильно сказано. Просто отец не хочет участвовать в этих безобразиях очно.
– А вы?
– Так всем известно, что я по уши влюблён в герцогиню Ергонии. Об этом, оказывается, кто хочет открыто на каждом шагу говорить может.
– Был влюблён! – с сарказмом в голосе поправил его старый молодой друг."
"Терд только отмахнулся. Скрыть от друга детства ничего не получится, да и знает его оруженосец, как облупленного, а его страдания только слепой не видел.
– Это уже ничего не меняет, но вот имя мне не нравится. Давай назовёмся, как простая гора. Вон тот высокий холм, например, как называют местные?
То, что его пройдоха тут уже со всеми завёл знакомство, принцу было известно абсолютно точно, да и деньги очень способствуют знакомству, особенно когда можно спокойно выпить и закусить за чужой счёт. А таких друзей тут полно, главное плати.
– Пристанище висельника, вроде бы! – усмехнулся парнишка.
– Тогда давай назовёмся просто сэр Тик. Не избитое имя, да и таинственно звучит. А кому надо, тот и по имени и по положению называть будет. Ну, не до конца же они все там отморозки.
Ох, как же он ошибался!
Вначале он думал, что только его так встречали за воротами поста, которые открывали путь вглубь графства. Оказалось, что нет. Почти без проверки умений его сразу определили в третью сотню первой тысячи коронной конницы.
Такой дисциплины принц никогда не видел. Наказывали за всё. Царил сухой закон. Спиртное – только в качестве лекарства… и тренировки, постоянные тренировки.
Он не запоминал своих командиров, кроме, пожалуй, мощного рыцаря, как он понял, паладина церкви, причём совсем уже не церкви Святого Порога, а местной богини. Уже и у неё были паладины.
Но на что стонали все его сослуживцы по неволе в десятке, то ему давалось всего лишь с небольшим усилием и это стало заметно.
– Тик! – через декаду к нему напрямую обратился десятник. – Тебя сотник вызывает. Вроде, переводят тебя. Хватай вещи и вперёд. И удачи тебе, принц! – и вдруг, перейдя на шёпот, сказал: – Если не посчастливится нарваться на командующего, то лучше молчи. Просто слушай и молчи. И на ус наматывай. Командующий – сущий демон, зуб тебе даю. Если бы мог, то провинившихся, наверное, лично зубами бы рвал. Поэтому молчи и не забывай нас, если ввысь пойдёшь.
Он подмигнул принцу и на прощание хлопнув его по плечу рукой ушёл по каким-то своим, ведомым только ему, командирским делам.
