6
0Правда, при этом чуть дежурного не сбил ногами покойного «арбалетчика»… Но бедолага успел в последний момент отшатнуться.
— Надо их пнуть! Я по голосу!.. — с этими словами Пробка решительно шагнул к свёрткам.
— Не надо никого пинать! — рявкнул Иваныч. — Просто вытащите их! У кого маска, тот и маньяк! Зачем вы их вообще в эти свёртки засунули?!
— Это не мы, это Вано! — среагировал Вавася.
— Чтобы не замёрзли в пути? — сердобольно предположил дежурный.
— Вано?! — нахмурился Иваныч, глянув на меня.
— Ну мне же надо было их как-то тащить… — попытался объяснить я.
— Так их ведь не ты тащил!!! — буквально взвыл Кукушкин, а потом глубоко вздохнул и посмотрел на Вавася: — Выдели-ка мне кабинет… И чтобы через полчаса краткий доклад был готов! Я не для того посреди ночи встал, чтобы мне тут мозги пудрили!..
— Так точно! — отчеканил Вавася, зевнув и встав по стойке смирно.
— А кабинет во-о-он тот свободен! — дежурный тут же радостно указал направление.
— Полчаса! — напомнил Кукушкин, после чего окинул нас суровым взглядом и удалился в кабинет.
Дневник Листова И. А.
Триста тридцать четвёртый день. Утро после скандала.
Меня разбудил Кукушкин. Дело было утром. Во всяком случае, сквозь окна, прикрытые ставнями, пробивался солнечный свет. Да и людей в участке, судя по голосам, прибавилось. Но до появления Кукушкина мне это никак не мешало спать.
Не знаю, каким образом, но, похоже, я умудрился вляпаться в какую-то нездоровую фигню. А ещё похоже, что эта нездоровая фигня началась в Алтарном уже давно. Это просто я со своими походами её, видимо, пропустил."
"И теперь вокруг этой самой фигни царил настоящий бардак.
Я ещё минут двадцать после возвращения Вавася ждал, когда мне принесут писчие принадлежности.
А потом старательно писал на куске кожи, как и почему я встретился с несчастным арбалетчиком, и зачем его пристрелил. А поскольку несчастный арбалетчик оказался просто теснейшим образом связан с этой нездоровой фигнёй… В общем, пришлось описывать всё с самого начала!
Если честно, с объяснительными у меня всегда было не очень… Поэтому я постарался как можно короче изложить суть произошедшего:
«Я, Вано, искал Кэт. Нашёл. Отбил. Отбился. И тут вижу — у козла одного арбалет. Мне это так не понравилось, что я его прибил, чтобы он не прибил меня. Дата, подпись».
Вавася прочёл мою объяснительную с тяжёлым то ли стоном, то ли вздохом. А затем потащил меня на допрос. Вот там, под протокол, с наводящими вопросами и уточнениями, история вышла куда полнее и интереснее.
Скоро стало ясно, что уйти в ближайшее время у меня не получится. Как минимум, потому что сваливать в закат на глазах у всегородского начальства — как-то невежливо. Удалось только Кэт и Лену отправить в лагерь группы в сопровождении двух полицейских.
