6
0И ещё один знакомый голос задал тот же сакраментальный вопрос:
— Привет, Иваныч… А где?
— Кто, маньяк? — слабым голосом уточнил дежурный. — Извините, нет его… Пока нет, но скоро будет!..
— Да зачем мне ваш маньяк? Не буду я его лечить, даже если подыхает! — вознегодовала Лена. — Где наша Кэт?
— А-а-а… Она там! — с облегчением ответил дежурный.
— А почему это ты, Лен, маньяка не будешь лечить?! — расстроился Кукушкин. — А как его судить, если он сильно ранен?! А как его показательно, при всём народе, казнить?!
— Пускай через клонирование лечится! — отрезала Лена, и я услышал, как её шаги быстро приближаются к кабинету.
Девушка влетела к нам, уперев руки в бока и грозно хмурясь. За её спиной, у входа в полицейский участок, гордо реял белый помпон мэра.
— Так! Вано, а почему Кэт ранена? — накинулась на меня медик.
— Ранили, — философски ответил я.
— А ты где был? — не поняла она.
— А я её искал, — пожал я плечами.
— Ничего не поняла… — Лена мотнула головой, а потом решительно указала мне на дверь: — Без тебя разберусь!.. Выметайся!.. И Русого забери!
— Не могу Русого забрать, он тяжёлый! — ухмыльнулся я, быстро выскальзывая из кабинета и прикрывая за собой дверь.
— И что ты тут делаешь?! — сдвинув брови, спросил у меня Кукушкин.
— Да вот, Кэт принёс… — признался я.
— Это девушка из твоей группы? — ещё больше помрачнел он.
— Ну да, ранили её… — ответил я.
— А зачем ты её в участок потащил? Её надо на лечение, в её капсулу!.. Да что вообще тут происходит?!..
Судя по всё возрастающей мощи рыка, нервы у Кукушкина окончательно сдали. И он решил на всех разом вызвериться. Даже помпон на его белой шапке буквально вибрировал от ярости.
К счастью, в этот миг за его спиной опять хлопнула дверь. Внутрь шумной толпою ввалились Вавась, Пробка и остальные полицейские, которые приходили к капсуле «маски».
Двое из них тащили один кулёк из шкур, а ещё двое — другой. У Пробки на плечах болтался труп «арбалетчика». А следом покорно плелась невысокая девушка с длинным носом и кучерявыми волосами.
— О, Иваныч! Ты уже тут? — обрадовался Вавася.
— Да, я тут! И я ни хрена не понимаю! — насупился мэр.
— Честно говоря, я тоже ещё не всё понимаю… — признался Вавася. — Но мы разберёмся!
— А где маньяк? — поинтересовался Кукушкин.
— Он в свёртке! — радостно ответил Пробка.
— В каком из них? — мэр строго посмотрел на оба свёртка.
Вавася явно растерялся: он вообще, по-моему, чуть ли не засыпал на ходу. А вот его помощник Пробка не сплоховал. Задумчиво вцепился рукой в подбородок, поправил сползающий труп арбалетчика у себя на плече…
А потом на его лице мелькнуло озарение.
Он резко развернулся к коллегам, тащивших «доброхота» и «маску».
