5
0Правда, к сожалению, корявым почерком: он у меня никогда аккуратностью не отличался, а спустя год без практики — и вовсе читался с трудом.
Приправив отчёт двумя большими кляксами и десятком маленьких, я гордо поставил дату и подпись. Ну красиво же получилось!.. А кляксы — это ерунда. Приспособимся как-нибудь…
Дневник Листова И. А.
Триста двадцать пятый день. Образцово-показательный бюрократ…
Кукушкин ждал меня в своём кабинете в мэрии.
Несмотря на все успехи Алтарного, наша мэрия по-прежнему представляла собой жалкое, можно сказать, душераздирающее зрелище. Пусть теперь она и выглядела чуть более основательно, чем первоначальная лачуга, но это всё ещё была времянка. И было там холодно и грустно. Потому что две жаровни с углём — это очень мало для обогрева.
Поэтому Кукушкин внутри кабинета сидел в перчатках. Ну и в своей шапочке с помпоном. Этот пижон ни в какую не хотел расставаться со строгим деловым костюмом. И даже капюшон к нему добавлять не стал.
Вместо приветствия Иваныч указал на стул и потребовал:
— Ну давай, рассказывай. Как всё прошло, что удалось узнать, что вообще…
А я, пока он говорил, с деловым видом развязал тесёмки на кожаной папке и вытащил стопку бумажных листов.
Когда отчёт лёг на стол Кукушкина, тот прямо осёкся на полуслове… А затем нахмурился и медленно, словно не веря своим глазам, взял первый лист:
— Мэру культурного центра с самоназванием город Алтарное Кукушкину Д. И. от Листова И. А… Кхм…
Иваныч, мне кажется, даже слегка окосел от удивления, но хватки не потерял:
— «Город Алтарное» надо в данном случае закавычить. И вообще, первая строка слишком длинная! Надо её переносить или сокращать.
— Ну как скажешь! — пытаясь подавить улыбку, развёл я руками.
— Так… Отчёт номер один по экспедиции к горному поясу, состоявшейся в первый год в новом мире с двести пятьдесят шестого по триста двадцать третий день… — Кукушкин нахмурился. — Нет, ну с днями — ещё ладно, других дат у нас нет… А что это за год в новом мире? Давай, ну его нафиг, пиши первый гэ в эн точка эм точка!
— Ладно! — и тут я понял, что хвалить меня сегодня не будут.
Видимо, все пряники уже кто-то упёр. Подозреваю, что Ольша. И для меня остался только кнут, который мне сейчас и демонстрируют.
— Так, а здесь всё по дням, да? — нахмурился Кукушкин, добежав глазами до конца первой страницы.
И попытался перевернуть лист, но… Не сумел, потому что тот в силу своей кривизны зацепился за другие.
— А… А ровнее листы можно сделать?!
— Иваныч, ну ты ваще это… Того! — сглотнув комок возмущения в горле, высказал ему я. — Что успели за день, то и сделали! Мы вообще-то эти листы у костра сушили! Конечно, они кривые! Их под прессом надо сушить, на ровной поверхности.
