Жизнь напрокат (СИ)

По мере уменьшения отрезка пыльной дороги оставшегося до населенного пункта, я начал понимать, что энтузиазм и надежда показали мне средний палец, ибо на самой окраине поселения увидел я уже знакомые соломенные крыши, венчающие почерневшие от времени и осадков низкие бревенчатые постройки точь-в-точь как в оставленной деревне.

Не дотянув непосредственно до сильно обманувшего мои ожидания населенного пункта, вслед за Завидовым коником свернули на развилке налево к речке и увидели издалека как к длинному деревянному причалу подходит на шести парах весел низко осаженная под тяжестью зачехленного на палубе груза большая лодка с опущенным парусом.

У причала людно и шумно, снуют голые по пояс грузчики, пахнет гнилью и смолой. Точно такая же лодка устало уткнулась носом в песочную отмель.

Завид с Прастом придержали поводья, их кони пошли шагом. Костлявый Ничушка соскочил с тележного передка и повел лошадь за недоуздок. Преодолев узкий проезд между хозяйственными постройками, мы оказались у обнесенного высоким плетнем большого участка с плотной застройкой.

Центр участка занимал большой прямоугольник рубленого дома с крышей похожей на длинный стог сена и совсем без окон. К главному строению впритирку жались срубы поменьше числом - три. Под крытой коновязью нервно махали хвостами пять оседланных жеребцов, тявкала в будке собачонка, в одном из сараев надрывал луженое горло петух.

- Бур, тут Шибай! - с озабоченностью в голосе крикнул Завид, едва бросив взгляд на «припаркованных» к поперечной жердине чужих коней.

- Вижу. Чтоб ему… - прошипел старший из Головачевских сынков.

- Слезайте!

- Это и есть корчма? - захотел уточнить я, оглядев внушительную постройку.

- Постоялый двор Луня, - небрежно бросил в ответ Бур и отдал поводья Живке. - Привяжи коней и будь со своими снаружи!

Ничушка, сутулясь, потащил лошадь в сторонку, разворачивая телегу к выходу.

- Э, малой! - позвал его Сашка. - Оставь кобылу и давай с нами!

Пацан оторопел, нерешительно затеребил вожжи. На мой вопросительный взгляд Сашка ответил утвердительным кивком и похлопал по сумке на поясе.

- Пошли, пошли, - поддержал я Рока раз такое дело. - Не убудет с него, набьет твое тощее брюхо под рубчик.

Не веря своему счастью, Ничушка привязал поводья к жердине, метнулся ко входу в ресторацию и отворил перед нами толстую дощатую дверь. Бур бросил на Сашку удивленный взор и молча переступил порог.

Внутри темновато. Помещение освещается горящими фитилями в горшочках расставленных по полкам на стенах и кажется меньше, чем представлялось снаружи.