11
0А ночь назад на стоянку явились урманы и начали нас кромсать, из всей шайки остались лишь мы трое, да Невул с Коршем! Сидишь тут с боярским родичем, квасы распиваешь и в глаза нам врешь!
- Хриба прав, Стяр. Где наша доля, где серебро? - поддержал подельника молодой, одной рукой помогая очухавшемуся товарищу подняться.
- Откуда мне знать!? - чистосердечно воскликнул я. - В глаза не видел никакого серебра, в натуре!
Вот заладили: серебро, серебро… Почему не золото? Не брюлики, не доллары, не рубли, наконец? Тут мне в голову пришла замечательная идея как успокоить въедливых ребятишек и прояснить насчет конкретной суммы.
- От удара по башке я совершенно потерял память, - увлеченно понес я. - Вот вы меня знаете, а я вас не помню, себя не помню не то что какое там серебро. Много там того было?
- Ты еще спрашиваешь?
- Ну что ты за человек, Хриба!? Говорю тебе - забыл, в натуре! Амнезия у меня, болезнь такая, слыхал? Вы налет, что ли, совершили?
- А ты у родича Головачева спроси! Кому знать как не ему! - Хрибы махнул в сторону Рока острой железякой.
- Он тоже не помнит ничего, к сожалению.
- Каждый должен был получить долю в четверть пуда серебром! - с вызовом выкрикнул юнец.
- Каждый из скольки?
- Из двух с половиной десятков. Вдобавок Тихарь обещал ровно поделить золото, украшения и прочий товар.
- Золото и серебро в слитках?
- В солидах и дирхемах.
- Что за дирхемы?
- Дирхемы и есть."
"Так-с, ладно… Четверть пуда это - килограмма четыре серебра неизвестной пробы плюс антиквариат и трохи золотишка. Грамм серебра оценивается где-то в полбакса, значит, доля каждого соискателя составляла как минимум две штуки «зеленых» рублей.
Как я и предполагал, Рок тоже произвел в уме нехитрые вычисления, пришел к сравнимым с моими выводам и навострил уши. Мы переглянулись. Сашка чуть заметно кивнул.
- Все же, думаю, ты знаешь куда уволок нашу общую добычу Тихарь и где он сам, - неугомонный Хриба все таки решился, поднял свой тесак и шагнул к столу. - Если забыл, я помогу тебе вспомнить.
- Шаг еще сделаешь и я тебе в башке дыру нарисую, Хриба.
- Чем? - нагло усмехнулся бородатый головорез. - Ногтями?
- Вот этим, - не вытягивая руки, я направил ствол в центр Хрибовского невысокого лба. - Ты пистолета никогда не видал, родимый?
- Старый, тут еще на подходе. Конные!
И как это мой ненаблюдательный Сашок сумел что-то рассмотреть сквозь эту пародию на стекло за моей широкой спиной? Видимо, успел проделать тяжелую работу над указанными мною ошибками.
- Это Головач! - Хриба отпрянул в сторону от окна, словно его лицо обдало горячим паром из кастрюли.
