11
0Остальные, что повылазили с факелами, вооружены гораздо хуже, большинство вообще без каких либо защитных железок. Видать, боярин привлек к операции всех вировских мужиков, способных держать боевой топорик. На их лицах отчетливо читалось опасливое нежелание воевать. Эмунд не дурак. Случись сейчас бойня, у его упакованных бродяг будут неплохие шансы на успех.
Легонько пихнув Одинца, затем Сашку, я прошептал:"
"- Как начнется - дергаем к выходу. Им не до нас будет.
Головач подался в седле вперед, чуть повернув коня боком к Харану.
- Ты же не с пустыми руками уйти хочешь, так ведь, Эмунд?
- Само собой, - главарь скандинавов упрямо поджал губы.
- Плату украденным у меня серебром ты получил за то, что помогал его красть. Вижу тебя насквозь, урман. Ты вор, разбойник и убийца, крови на тебе больше, чем листьев на этих вязах. - Головач выпрямился. - Поэтому волей князя Рогволда Полоцкого, моим свидетельством и правом боярского суда объявляю тебя и твоих людей виновными в лихом промысле и достойными сурового наказания. Снимайте оружие и сдавайтесь, иначе побьем всех как бешеных собак.
Серый Эмунд громко фыркнул и все тем же мрачным тоном вопросил:
- Как собак? Что ж ты брата своего не судишь, боярин? Суди его так же как и нас, или думаешь нет на нем никакой вины?
- С братом я разберусь без твоих паршивых советов, урман, - отрезал боярин. - У тебя осталось мало времени, чтобы сложить оружие.
- Не сомневаюсь, что разберешься, - искривил рот не желавший уступать Эмунд. - Почему тогда боярский суд обходит одного из подлинных зачинщиков твоих бед, истинного татя и душегуба?
- Какого еще татя? - сердечно удивился Головач и начал вращать большой головой в поисках подходящей цели.
- Во-он стоит, - охотно подсказал Эмунд и навострил на меня обвиняющий перст. - Рядом с племянником твоим мнется, сбежать хочет. Поговаривают, будто он способен вызывать разящий гром, что подвластно лишь кудесникам да колдунам. Это ближник Тихаря, что устроил налет на твои корабли. Налет, в котором ни я, ни мои люди не участвовали.
- Стяр что ли? - с деланным удивлением спросил Головач, как только понял о ком идет речь. - Так он и не тать вовсе и даже не кудесник! Десятник из дружины моей, верный человек, волен идти куда пожелает, мой приказ не покидать двора его не касается.
Вот так номер! С каких это пор я его верным человеком сделался? Никаких договоров мы с боярином не составляли и книжку трудовую он мне не выписывал. Покорнейше благодарю за отмазку, но я - пас. Сейчас моментец выждем да и драпанем с Сашкой и пацанами подальше отсюда, без поживы, зато живы.
- Вот как, значит, правится твой суд, боярин? - не унимался въедливый урман.
