Жизнь напрокат (СИ)

Глядел на отдаляющийся берег с кромкой леса, который с каждым пройденным десятком метров становился все темнее и неприветливее. Полтора десятка криминальных трупов, оставленных там, только усиливало негативное впечатление от покидаемого места.

Связанный Шибай скорчился в задней части и угрюмо пялился в разбегающиеся наискосок серебряные струи. Одинец с Жилой пристроились в тесноте рядом с ним. Позади меня, вытянув под гребную лавку раненую ногу, на кучке тряпок лежал Праст. На носу ютились Криня и Невул. Сыны Головача вместе со все еще находящимся в бессознательном состоянии безымянным разбойником, мешками с серебром и снятыми с покойников трофеями путешествовали параллельным курсом в лодке поменьше с Сашкой Рокотовым на веслах вместо гребного винта.

Глава 14

Чертова лодка двигалась и управлялась как свиное корыто. Она и была, по сути своей, плоскодонным корытом, только очень большим, узким и длинным как индейская пирога. Чьи-то проказливые ручонки выдолбили ее из куска толстенного дерева, расперли борта деревянными вставками и, помолясь, спустили на воду. Сходства с пирогой или байдаркой добавляло отсутствие кормовой части.

Эту посудину не надо разворачивать носом вперед, достаточно гребцу пересесть задом наперед и начать грести в обратную сторону. Мне стоило больших усилий приноровиться к рыскающему ходу этого тяжелого, двуносого чудовища, непонятно как державшемся на плаву.

Миновав условную середину зеркального овала озера, проделав две трети пути, тишину которого нарушали лишь чаячьи стоны да шелестящий клекот воды у бортов, я докатился до состояния лимонного жмыха. Весла перестали казаться легкими, усталая спина задеревенела, а обе ноги затекли из за невозможности хоть как-то сменить их положение.

Ушибленное Сковильдом колено ныло не переставая, ладони горели, обещая впоследствии щедрую россыпь трудовых мозолей. Одинец с Жилой поглядывали на меня с беспокойством и некоторым сочувствием, но поменяться не предлагали. Да и как тут поменяешься, когда даже слегка качнуть лодку страшно, хлебнув водицы, эта колода пойдет ко дну быстрее якоря.

Скоро Сашка, повинуясь указке Бура, стал чаще загребать левым веслом. Я позволил ему вырваться вперед и тоже стал держать курс левее, ориентируясь на темно-зеленый купол нависающий над водой у кромки берега, отчетливо выделяющийся на фоне остальной береговой растительности.

Последнюю сотню метров я греб на зубах, отдуваясь и изо всех сил помогая рукам спиной. Сашка пыхтел неподалеку, и тоже находился на последнем издыхании если судить по его красному, потному лицу и сосредоточенному взгляду."

"Парашютообразный купол на берегу при приближении оказался гигантской старой ветлой.