Женщины Цезаря

– Твое детство было отвратительно, – сказал он, встал и подошел к ней. – Что касается твоего первого мужа, не ты его выбрала. Ты не любила его. Он был просто мужчиной, который сделал тебе сына.

Сервилия подняла к нему лицо для поцелуя. Никогда раньше не сознавала она, что такое поцелуй Цезаря, потому что раньше она слишком жаждала его, чтобы потом разбираться, анализировать. «Идеальное слияние чувств и духа», – думала она, обвивая его шею руками. Кожа грубовата, от нее исходил слабый аромат какого-то жертвенного огня, пепла в затухающем очаге. «Вероятно, – думала она, прикасаясь к нему и ощущая его, – я пытаюсь навсегда взять от него часть его силы, и единственный способ получить ее – мое тело против его тела. Он – во мне, и только мы двое. И не думать ни о чем, что вне нас…»

Никто из них больше не проронил ни слова. Потом они погрузились в короткий сон, проснулись – и опять вокруг них жил и гудел большой, наполненный суетой мир. Плакали дети, кричали женщины, мужчины кашляли, отплевываясь. Они слышали громыхание тележек по булыжникам, тупой стук какого-то станка в соседней мастерской, слабое дрожание – это шевелился бог Вулкан глубоко под землей.

– Ничто не длится вечно, – сказала Сервилия.

– Включая нас, как я тебе говорил.

– Но у нас есть имена, Цезарь. Если их не забывают, то это своего рода бессмертие.

– Это – единственное, к чему я стремлюсь.

Сервилия вдруг рассердилась и отвернулась от него:

– Ты – мужчина, у тебя есть шанс на это. А что будет со мной?

– Что с тобой? – переспросил он, поворачивая ее лицом к себе.

– Это был не философский вопрос, – сказала она.

– Да, я знаю.

Сервилия села, обхватив колени. Дорожку волос, растущих вдоль позвоночника, скрыли ее густые черные косы.

– Сколько тебе лет, Сервилия?

– Скоро исполнится сорок три.

Сейчас или никогда. Цезарь тоже сел:

– Ты хочешь снова выйти замуж?

– О да.

– За кого?

Она взглянула на него широко раскрытыми глазами:

– За кого же еще, Цезарь?

– Я не могу жениться на тебе, Сервилия.

Она вся съежилась. Услышанное было для нее шоком.

– Почему?

– Во-первых, наши дети. Это не значит, что наши параллельные браки будут противозаконными. Кровь это допускает. Но это очень смутит детей, а я никогда так не поступлю с ними.

– Ты увиливаешь, – строго сказала она.

– Нет. Для меня это важно.

– Что еще?

– Разве ты не слышала, что я сказал, когда разводился с Помпеей? Жена Цезаря, как все в семье Цезаря, должна быть вне подозрений.

– Я – вне подозрений.

– Нет, Сервилия, о тебе такого сказать нельзя.

– Цезарь, это не так! Про меня говорят, что я слишком горда, чтобы вступить в связь даже с Юпитером Всеблагим Всесильным.

– Но ты не была слишком горда, чтобы вступить в связь со мной.

– Конечно нет!

Он пожал плечами:

– Вот в этом-то и дело.