Женщины Цезаря

Наконец Цезарь заговорил:

– Я заставлю Цицерона пожалеть о том, что он на свет родился! Как он посмел вообразить, будто имеет право по-своему толковать закон? И как это мы все могли выбрать такую птицу старшим консулом?

– А что, разве ты не голосовал за него?

– Я не голосовал ни за него, ни за Гибриду.

– Ты голосовал за Катилину? – с удивлением спросил Лабиен.

– И за Силана. Честно говоря, я ни за кого не хотел голосовать, но совсем не голосовать нельзя.

Щеки Цезаря горели, а в глазах, к удивлению Лабиена, были и лед и пламя.

– Сядь, пожалуйста! – попросил плебейский трибун. – Я знаю, что ты не пьешь вина, но сегодня – исключение. Вино тебе поможет.

– Вино никогда не помогает, – категорически возразил Цезарь, однако сел. – Если я не ошибаюсь, Тит, твой дядя Квинт Лабиен погиб, забитый черепицей в курии Гостилия тридцать семь лет назад.

– Да. Вместе с Сатурнином, Луцием Эквицием и остальными.

– И какое у тебя отношение к этому?

– А какое у меня может быть к этому отношение? Беззаконие, которому нет оправдания! Они были римскими гражданами, а их не судили!"

"– Правильно. Однако они не были казнены официально. Их убили, чтобы избежать судебного процесса, поскольку ни Марий, ни Сулла не были уверены, что это не вызовет еще более ожесточенного насилия. Естественно, Сулла решил проблему, попросту прикончив всех. В те дни он был правой рукой Мария – быстрый, умный, жестокий. Пятнадцать человек умерли, чтобы не начались разжигающие вражду судебные процессы. Прибыл флот с зерном, Марий распределил между гражданами хлеб по очень низкой цене. Рим успокоился, насытившись. И впоследствии раб Сцева один отвечал за убийство пятнадцати человек.

Лабиен нахмурился, добавил в вино еще воды.

– Хотел бы я знать, куда ты клонишь.

– Я знаю куда, Лабиен, в этом-то все и дело, – сказал Цезарь, обнажив в улыбке стиснутые зубы. – Возьмем этот сомнительный образец целесообразности республиканского законотворчества, senatus consultum de re publica defendenda, или, как Цицерон столь оригинально переименовал его, senatus consultum ultimum. Декрет, изобретенный сенатом на те случаи, когда никто не хочет назначать диктатора, который будет единолично принимать решения. И он оказался кстати, этот декрет, как показала история с Гаем Гракхом. Не говоря уже о Сатурнине, Лепиде и некоторых других.

– Я все еще не понимаю тебя, – сказал Лабиен.

Цезарь глубоко вздохнул:

– Сейчас опять у нас действует senatus consultum ultimum, Лабиен. Но посмотри, какая трансформация произошла! В трактовке Цицерона он стал почтенным, обязательным и в высшей степени удобным.