5
0Надеюсь ты принимаешь таблетки и не поставишь меня перед выбором никогда. Потому что я прикажу вырезать из тебя свое проросшее семя так или иначе. Хочешь быть счастливой — забудь о детях и люби Эрдэнэ.
Он встал с пола и вышел из вольера. Тигрята прыгали на меня, но я гладила их автоматически и чувствовала, как меня начинает морозить. Теперь я понимала почему Зимбага сказала, что будет поздно…Поздно делать аборт. Вот что она имела ввиду.
Глава 15
Что ныне женщина? Создание без воли,
Игрушка для страстей иль прихотей других!
Имея свет судей и без защиты в свете,
Она должна таить весь пламень чувств своих
Иль удушить их в полном цвете:
Что женщина? Ее от юности самой
В продажу выгодам, как жертву, убирают,
Винят в любви к себе одной,
Любить других не позволяют.
(с) М.Ю Лермонтов «Маскарад»
— Мне надо с вами поговорить.
— Какие гости. Генрих, ты видишь кто к нам пришел? Садись, Ангаахай, выпей со стариком чаю и сыграй в шахматы. Умеешь? Если нет — научу.
Я прикрыла за собой дверь просторной спальни Батыра и выставила руку, на которую тут же сел Генрих. Его конечно же влекли мои волосы, и он начал их пощипывать пока я гладила его черные, блестящие перышки. С птицей мы подружились, и я не понимала, как он мог казаться мне зловещим и опасным. А Эрдэнэ умудрялась его пеленать и кормить с ложки. Он был на все согласен лишь бы его гладили и тискали.
— Совсем одомашнили мне моего хищника. А ты, Генрюша, предатель. За женскую ласку готов отдать все на свете и хозяина в том числе. Да, паршивец? Скажи мне, Ангаахай есть мужчины, которые могут перед тобой устоять?
— Вы мне льстите.
— Я не умею льстить. Если бы я считал, что ты уродина, то не постеснялся бы тебе об этом сказать. Что стоишь? Ждешь особого приглашения?
Я села напротив Батыра за невысокий стол и посмотрела на шахматную доску. Играю я плохо. Мама Света учила меня, но я мало тренировалась и всегда ей проигрывала. При воспоминании о маме сердце сковырнуло болью. Вспомнила как она играла в шахматы сама с собой, а я смеялась и говорила, «приятно пообщаться с умным человеком, да, мам?».
Жаль, что я так мало времени проводила с ней и не играла в ее любимые шахматы. Только помнила в каком порядке стоят фигуры, какая как ходит и кто кого бьет.
— Умею…но не особо. Обычно проигрывала маме.
— Значит научишься. Давай. Никто не хочет со мной играть, а я продыхаю от скуки. Особенно когда у Эрдэнэ занятия. Какими хочешь играть? Черными или белыми?
— Белыми конечно.
Я ответила не задумываясь.
— В нашей семье принято играть черными, девочка…запомни это. — сказал очень двусмысленно.
— Мне больше нравится белый цвет.
— Скоро ты изменишь свое мнение, поверь…Ты больше наша, чем можешь себе представить.
Прозвучало зловеще и легкий мороз прошел по коже.
