5
0— сказала и скривилась, когда хватка на волосах стала невыносимо болезненной.
— Значит сдохнешь, — рявкнул, — никто и никогда не станет ставить мне условия!
— Я просто предупреждаю, — едва шевеля губами, полуживая от страха, — не стану делить тебя. Не стану!
— Слишком много на себя берешь!
— Не волнуйся — я удержу все, что взяла.
Резко выпустил мои волосы, и я пошатнулась, еле сдерживаясь, чтоб не зарыдать от обиды, страха и понимания, что, по-моему, никогда не будет и что, если он решил жениться на той девочке… мне этого уже не изменить.
— Смотри раздавит! Подыши свежим воздухом! Остынь!
Он пошел в сторону дома, а я облокотилась лбом о дерево и закрыла глаза, чувствуя, как слезы жгут веки. Остыть? Я не вернуть в этот дом. Так и просижу здесь пока этот праздник не окончится. Легла в траву и смотрела сквозь ветки деревьев на темнеющее небо.
И вдруг чуть не заорала от ужаса на меня неслась птица. Черный ворон Батыра. Громко каркая он спикировал прямо на меня и принялся хватать мои волосы.
— Уйди! — я размаивала руками, пытаясь отогнать птицу, но она не успокаивалась, дергала меня за волосы, за рукава и словно куда-то влекла.
— Отстань от меня! Уйди! Чего ты хочешь! Как тебя там? Генрих? Фууу! Брысь! Или что там вам говорят?
Ворон кричал и все сильнее впивался в меня когтями и клювом.
— Чего ты хочешь? Прогнать меня? Куда идти?
Птица полетела в сторону оранжереи и снова вернулась, опять полетела и я наконец-то поняла — ворон хочет, чтоб я шла за ним.
____
*1 — Плодовитая
Глава 9"
"Обыкновенная женщина, повинующаяся голосу чувства и глубоко, по-настоящему любящая, не способна на коварство, так же как малый ребенок; она всегда готова пожертвовать собой и стремится возможно больше отдать.
Теодор Драйзер
Генрих вел меня к оранжерее и уже сейчас я отчетливо почувствовала запах дыма. Он становился все отчетливей и отчетливей по мере того, как я приближалась к дому…а потом я увидела огонь. Он охватил все левую сторону дома и полз огненными гирляндами по стенам, крыше и по фундаменту. И из-за того, что между двумя частями здания находилась арка с проходом в сад, пожар начал бушевать только в одном крыле. Его до сих пор не заметили. Я дернулась бежать обратно в залу, звать на помощь, но птица заорала, хватая меня то за плечи, то за руки, преграждая дорогу и размахивая крыльями. Она кружила надо мной так, словно вот-вот выклюет мне глаза, если я только попробую уйти. Сумасшедшая, невменяемая, как и все в этом доме.
— Что ты хочешь от меня? Там пожар! Надо звать на помощь! Левое крыло отрезано от дома! Может там никто не знает об огне.
