Защита

Через пару дней после этого у нас появлялись предложения уладить дело по ДТП на сумму от двадцати до пятидесяти тысяч долларов при условии, если предложение об урегулировании будет акцептовано в течение четырнадцати дней.

Нечего и говорить, что все мои подставные клиенты с радостью принимали столь щедрое предложение. И просили выписать чек на мою фирму – якобы для предварительного вычета юридических издержек; ну а банки были только рады обналичить его для молодого юриста, пытающегося воскресить фирму своего умершего наставника. Я же радовался тому, что в очередной раз прищучил адвокатов и страховщиков, укравших у отца его достоинство и саму жизнь. Но вмешалась судьба – или счастливый случай, называйте как хотите, – когда девятифунтовый молоток и ошибка на какие-то полсекунды изменили мою жизнь навсегда.

Глава 20"

"Попытался сосредоточиться на документах. Раз уж это дело и затащило меня сюда, надо узнать о нем как можно больше. Часть моего плана требовала найти какой-то рычаг воздействия на русских, и я не сомневался, что во всех этих папках и скоросшивателях обязательно хоть что-нибудь да отыщется. Кожа горела, глаза не могли ни на чем надолго сфокусироваться. Стоило мне на секунду отвлечься от бумаг, как я ловил себя на том, что бездумно таращусь в пространство. Паника. Ладно, по крайней мере хоть сознаю, что это паника. Взял под узду дыхание, сконцентрировался на простейшей задаче: вдох – выдох, вдох – выдох.

От трех первых подшивок проку оказалось ноль. Экспертные отчеты, составленные четырьмя различными юридическими фирмами, – ни в одном из правовых заключений и резюме по делу ни нашлось ничего ценного. Эксперты утверждали, что худшего свидетеля, чем Волчек, им за всю их карьеру не встречалось. Вполне правдивая оценка, подумалось мне. Все отчеты и заключения заканчивались одним и тем же выводом: Волчек виновен.

Следующие четыре папки содержали материалы следствия. В первой я нашел протокол задержания Волчека и официальные переводы его допросов в полиции Нью-Йорка. Волчек не дал ответа ни на один заданный ему вопрос. Единственным документом, представляющим хоть какой-то интерес, оказалась ксерокопия первой полосы «Нью-Йорк таймс» от пятого апреля двухлетней давности – полицейский снимок Марио Геральдо, очевидно, с каких-то прошлых арестов, и ниже, под сгибом, фото Волчека, выходящего под конвоем из суда. В статье речь шла про убийство и последующий арест знаменитого русского мафиозо.

Большую часть содержимого папки номер два представляли собой фотографии и схемы – в основном места преступления. На многочисленных снимках – интерьер неопрятной квартирки и толстяк на полу.