Защита

ФБР вовсю хлопочет насчет ордера на обыск моей квартиры, до обеденного перерыва дело вполне может не дойти.

Даже если я прав и Артурас действительно задумал как-то надурить своего босса, то все равно непонятно – зачем? Какова его конечная цель? Я по-прежнему был убежден, что все ответы скрываются под фальшивым дном чемодана, стоявшего сейчас на полу приемной. Нужно как-то заглянуть в него – так, чтобы Артурас не видел, – но как? Никакого плана на этот счет у меня пока не было.

– Держи, – сказал Артурас, протягивая что-то Волчеку. Тот глянул, сунул в карман. Артурас только что передал Волчеку пульт от бомбы.

Одну из двух пустышек.

Глава 51

Не считая свежей рубашки и галстука, на мне было все то же, что и вчера, и в подобной ситуации я и сам не стал бы капитально переодеваться. Обычно на второй день суда на мне тот же костюм – просто надеваю другую рубашку и галстук. На третий день и костюм меняю. На седьмой – еще раз, но больше трех костюмов за одно разбирательство не использую, если только оно не затягивается на месяц и более – тогда пять, но это мой абсолютный лимит. Дома у меня штук пятнадцать хороших костюмов. Мог бы хоть каждый день щеголять в новом, и некогда я так и делал. Потом присяжные стали обращать на это внимание, и я тоже обратил внимание, что они обращают внимание. Это мне было совсем ни к чему.

Если присяжные шепчутся насчет моих костюмов – значит, все мои речи они пропускают мимо ушей. Рассуждают, до чего же классно каждый день ходить на работу в новом костюме, да сколько все эти костюмчики стоят, да какие ж мне деньжищи иметь надо, чтоб так вот щеголять, да что эти преступники-злодеи чего хошь выложат, только чтоб избежать тюрьмы… Судебный адвокат может хоть пляски с бубнами устраивать, жонглируя доказательствами и развлекая присяжных, но если хоть в какой-то самой мелкой мелочи прокололся – бах, и твой клиент уже за решеткой. И даже очень хорошего адвоката запросто может погубить такая мелочь, как излишне пафосный костюм. Если я покажусь на суде одетый от Армани, то клиент с равным успехом может меня уволить и попросить общественного защитника.

Мое обычное судебное обмундирование – простой рыжевато-коричневый костюм в пересменку с таким же темно-синим. Видно, что переоделся – но и только, присяжные не начинают обсуждать состояние моего банковского счета и по-прежнему держат меня за обычного парня, чистоплотного и профессионального аккуратиста. Такому вполне можно довериться.

Присяжные терпеливо дожидались появления судьи. Пайк велела служителю рассадить их по местам – сама она, мол, сейчас тоже выйдет. Присяжные помалкивали. В большинстве своем просто сидели повесив головы – разве что один-другой время от времени бросал взгляд на меня.