Кожа ее была безупречной, тело стройным, с соблазнительными изгибами, хотя лишних пара фунтов ей бы не помешала. В общем, в физическом плане она могла бы стать совершенно неотразимой.
Но вокруг себя она возвела непреодолимую стену из колючей проволоки и льда, и каким бы чудесным ни было существо за этой стеной — оно было вне досягаемости. Повсюду виднелись знаки — вход воспрещен — тем не менее, в этой ледяной красоте таился некий порочный соблазн. Благоразумные мужчины держались бы от нее как можно дальше.
Однако он не был благоразумным мужчиной, ему нравился вызов.
Но вот он здесь. И она тоже была здесь; сидела, сложив руки на груди, и молча глядела в окно, холодная и недоступная. Да, она была здесь, в полном его распоряжении на следующие двенадцать часов. Он ждал их с нетерпением.
На переднем сидении джипа было так же неуютно и тесно, как в гоночном автомобиле.
Она знала, что сама во всем виновата. К тридцати одному году она научилась не отвлекаться по пустякам, смотреть свысока на обманутые надежды, не обращать внимания на внешние раздражающие факторы.
Она глубоко вздохнула, затем медленно выпустила воздух, стараясь избавиться от долго копившегося внутреннего напряжения. Кэролин пыталась проделать это уже в пятый или шестой раз, и все без толку.
— Что, снова нужны успокоительные таблетки? — ехидно поинтересовался Алекс, останавливая машину возле переправы. Он без труда нашел Лесную пристань, и в Кэролин на миг возникло сомнение. Однако она тут же успокоила себя тем, что дорога прекрасно помечена, а он хорошо выучил свою легенду. Посмотрим, поедет ли он прямиком на Водяную улицу, как только они достигнут острова.









