5
0Беннинг ввел всех в заблуждение этим своим смехом, совершенно запудрил всем мозги, гад! И ее тоже. Господи, надо же быть такой дурой… настолько слепой и безмозглой! Не прошло и двух часов после этой сцены, как Беннинг послал себя прямехонько в Артурову Британию — а вместе с собой и Бренну. Чем не козел отпущения: она ведь даже слова не может сказать в свое оправдание, пока сознание ее заперто в шестом веке от Рождества Христова. Бог знает сколько истории вознамерился уничтожить этот гад, и все в отместку британцам за воображаемое предательство оранжистов и их культуры.
А заодно с этим и всю Ирландию. Если он поможет своим англосаксонским предкам захватить больше и раньше, чем им полагалось бы по истории, кто знает, во сколько людских жизней это обойдется? Смерть всех этих людей камня на камне не оставит от британской и ирландской культур, да и вообще от истории. Как давно начал готовиться Беннинг к этой минуте? Наверняка еще задолго до выборов. Саму Бренну Cumann Na Mbann подключила к операции несколько месяцев назад — значит этот чертов оранжист еще раньше сообразил, что католическое большинство — впервые за последние несколько веков католики составили большую часть населения — отдаст большинство мест в парламенте Шинн Фейн.
Хотя, с другой стороны, чего еще могла она ожидать от машины оранжистского террора?
И ведь у Бренны не было ни малейшего представления о том, как остановить его.
Мягко, давая Бренне возможность собраться с расстроенными мыслями, Моргана повторила свой вопрос:
— Скажи: ты и твой враг — единственные души, что пришли к нам из этого твоего мира?
Бренне пришлось напрячь всю свою волю для ответа.
— Мне кажется, вряд ли. По меньшей мере еще один должен появиться. Воин, который полагает, что я его враг. Хуже того, он уверен, что Седрик Беннинг, сумасшедший убийца, — его союзник.
— Расскажи мне об этом воине, Бренна МакИген. — Голос Морганы звучал спокойно, рассудительно.
Как объяснить ей, что такое С.А.С.? Находись она сейчас в своем теле, она набрала бы в грудь побольше воздуха.
— Его и многих ему подобных послали на мою родину для поддержания мира. Только ничего у них не вышло, — добавила она с горечью, — потому что мы, ирландцы, имеем долгую память, и не забываем зло, и не прощаем его. Я всего-то раз его видела, но у меня сложилось впечатление, что он честен, умен и ответственно относится к своей работе. Он офицер, он умеет командовать людьми — надежный союзник и опасный враг.
Моргана кивнула — ошеломленной Бренне показалось, будто кто-то чужой без спроса двигает ее телом.
