Короче, если вы проецируетесь в прошлое, вдоль фрактуральной плоскости, наиболее сильно резонирующей с вашим настоящим, вы можете оказаться и в новом настоящем, а из него, в свою очередь, — попасть в бесконечное множество потенциальных будущих. И если вы предпримете в этом прошлом какие-либо действия, отличные от тех, что имели место в вашей родной, исходной плоскости, ваше сознание сместится в иной фрактуральный резонанс — возможно, близкий к исходной плоскости, возможно, нет, — в зависимости от степени воздействия.
— Но это ведь не изменение истории, нет? — В мозгу Стирлинга роились образы разноцветных кристаллов, дробящихся, перемешивающихся, сталкивающихся друг с другом до тех пор, пока вся Вселенная не стала напоминать груду кварца, безжалостно размолотого молотком геолога.
Милонас вздохнул.
— И это тоже. Все это сложнее, чем может показаться.
— Что значит «тоже». Или «да», или «нет» — правда ведь?
— Не для фрактуральной физики. Тут ключевое понятие — резонанс. Если он переключается с одной фрактуральной плоскости на другую, закон сохранения энергии — ну, не только он — требует передачи резонансной энергии от одной плоскости другой.
— Катастрофических? — Стирлинг даже зажмурился.
— Вот этого, — устало вздохнул Милонас, — мы как раз и не знаем. Путешественник… да, он может погибнуть. Вполне возможно. Если только диссонанс не будет воздействовать на события, имевшие место после перемещения энергии от одной плоскости к другой. Вы-то как раз можете уцелеть, тогда как все вокруг полетит к чертям.
— Но, допустим, диссонанс поражает старую фрактуральную плоскость — исходную, ту, откуда вы прибыли. Вот эту.









