5
0Нам же теперь остается одно: крепить все наши границы, готовиться отразить всех врагов, когда людей у нас едва хватает на охрану границ, не говоря уже об уборке урожая на юге. Возможно, мысль о переговорах с одним из наших северных врагов разумнее, чем представляется на первый взгляд. Это помогло бы нам выиграть время и свободу маневра, не связывая себя при этом полноценными обязательствами, ибо войны на четыре фронта необходимо избежать любой ценой.
Не похоже было, чтобы речь Анцелотиса пришлась Арториусу слишком уж по душе, но и недовольства он не выказал. Он ограничился кивком.
— Дукс беллорум благодарен Гододдину за понимание всей сложности грозящих нам неприятностей, — только и сказал он.
Следующим выступил седовласый старик с лицом, изборожденным морщинами — следами борьбы и невзгод.
— Я, король Айнуил Гвент, говорю от имени людей Гвента. Мой сын, принц Карадог Фрейхфрас, разделяет мое беспокойство насчет того, что любой союз или хотя бы переговоры ослабят нас в глазах тех, союза с которыми мы ищем, а это только увеличит угрозу нападения. Ирландцы и пикты нападают шайками, тогда как саксы — сильными, хорошо организованными армиями под единым руководством властного короля.
Если мы действительно хотим спасти Британию, нам нужно безотлагательно разделаться с саксами, а тревоги насчет ирландцев и пиктов отложить на потом. Конечно, я не ожидаю от тех королевств, что расположены на севере и западе, что они смогут отвлечь часть своего войска от непосредственно грозящей им опасности, но те, над кем такая угроза пока не нависла, должны выделить кто сколько может людей, оружия и доспехов, чтобы остановить саксов, пока те не продвинулись слишком далеко.
— А я, король Гадваллон Длиннорук из Гвинедда, — вмешался в разговор сидевший рядом с ним мужчина, — обещаю поступить так же. Мой сын, принц Гвиддно Гаранхир, займется охраной границ Гвинедда и укреплением горных крепостей. А что скажут вассалы Гвинедда?
— Я, король Энлоу ап Догфель, отдам треть войска Догфейлинга.
— И я, король Гврин Фардьюч ап Гадваладр из Мейрионидла, — тоже.
Следующий король говорил негромким, усталым голосом:
— Я, король Оуэйн Белый Зуб, и мой сын, принц Кунегласус, говорим от имени королевства Рос, вассала Гвинедда. Королевство наше постигла беда — неурожай поразил наши поля, должно быть, те же напасти, что и на юге. Голод ослабил нашу оборону. Я пошлю Кунегласуса с теми воинами, что мы сможем выделить, но, боюсь, их будет меньше, чем хотелось бы.
Арториус, давно уже убравший свой меч в ножны, понимающе кивнул Оуэйну.
