Вызов

– Ты не лучшая кандидатура в мои советчицы, – напоминаю я ей.

Легко другим говорить, что делать, легко требовать от меня взять себя в руки. Если бы я была на их месте, я бы, возможно, сказала то же самое. Но с моей позиции все выглядит совсем по-другому. Последнее, чем я хочу заниматься, – оценивать значение судебных дел и показаний, заголовков и полос новостных служб, когда можно просто спрятаться под одеяло и больше никогда-никогда не появляться. Последний вариант намного уютнее.

– Ты права. Я обращалась с тобой ужасно. Я не знала, как разобраться со своими чувствами. – Абигейл опускает взгляд на свои ладони, смотря на ногти. – Когда мы вступали в сестринство, ты была моей лучшей подругой.

– Да, я помню, – с горечью говорю я.

– Я так ждала, что мы станем сестрами. А потом все пошло наперекосяк. Это я виновата, я должна была тогда что-то с этим сделать, все обсудить, а вместо этого все стало только хуже. Я потеряла подругу. Но я пытаюсь наверстать упущенное. Позволь мне тебе помочь.

– Почему я должна это делать? – Прекрасно, конечно, что на Абигейл снизошло озарение, но это не означает, что мы теперь будем друзьями навек."

"– Потому что в такой дерьмовой ситуации женщины должны держаться вместе, – серьезно говорит она. – Это перевешивает всю остальную хрень. Джулс была не права. Никто не заслуживает того, что она сделала. Я хочу, чтобы ее наказали не только ради тебя, но и ради нас всех. Даже если ты после этого никогда не будешь со мной разговаривать, я тебя поддержу. Каждая Каппа поддержит.

Признаюсь, я верю ее словам. Что, наверное, означает, что она не полностью лишена человечности. И для того чтобы сюда прийти, нужна была смелость. Она получает бонусные очки за то, что не побоялась признать свою вину. Для такого требуется порядочность.

Может быть, никогда не поздно стать лучше. И это касается нас обеих.

– Не буду обещать, что пойду в полицию, – говорю я ей. – Но я подумаю об этом.

– Справедливо, – говорит она с улыбкой, в которой видна надежда. – Можно я предложу еще кое-что?

Я с ухмылкой закатываю глаза.

– Если ты так хочешь.

– Хотя бы позволь мне попросить маму отправить требования об удалении сайтам, на которых выложено видео. Она адвокат, – объясняет Абигейл. – Очень часто она припугивает людей одним фирменным бланком. Тебе не надо будет ничего делать и ни с кем говорить.

Вообще-то, это прекрасная идея. Я боялась, что мне придется самой разбираться во всей этой хрени. Если мать Абигейл сможет просто воспользоваться своим крутым юридическим образованием и заставить все стереть, то это будет здорово.

– Я была бы очень за это благодарна, – говорю я, и меня раздражает дрожь в моем голосе. – И спасибо, что ты пришла.

– То есть… – Она крутится на табуретке, как ребенок.