Японская война 1904. Книга третья

— Что-то еще?

— Баочжэнши, в смысле губернаторы И-Чжоу уже долгие годы плыли в фарватере идей Кан Ювэя, одного из противников курса убитого Ли Хунчжана. Может быть, вы слышали о его программе реформ за 100 дней. Она провалилась, и Кан бежал из страны, но его последователи все еще активны. Слишком активны для тех, кого их лидеры бросили и не напоминают о себе.

Я никогда не слышал о таких людях и реформах, но сами названия звучали довольно знакомо. Кажется, и в истории моей России будущего были такие вот Кан Ювэи, у которых тоже ничего не получилось.

Я задал еще несколько вопросов, чтобы разобраться, что именно хотел изменить этот благородный китаец. И на первый взгляд его подход казался даже полезным: он хотел провести что-то вроде революции Мэйдзи или реформ Петра I, когда старые порядки, пусть через кровь и смерти, ломаются ради модернизации страны. Еще он был категорически против мира с Японией в 1895-м, собирал людей для протеста, его дядя так целое восстание поднял, чтобы продолжать войну…

— А куда он уехал, когда его реформы провалились? — уточнил я.

— В Японию, — тут же ответил Янь Сюнь.

Я только хмыкнул. Действительно, долгие годы с кем-то бороться, а потом к нему же и сбежать. Ничего необычного. Потом, как выяснилось, Кан Ювэй успел съездить в Лондон, Вашингтон, Дели и вот недавно мелькнул в Париже. В общем, сориентироваться по нему в том, кто выступил против России, прикрываясь Китаем, пока не получалось… Но связи где-то там на Западе точно имелись, теперь в этом не было никаких сомнений.

В этот момент застучал телеграф Городова, и я тут же отвлекся, ожидая последних новостей от Буденного.

— Сейчас… сейчас… — бормотал мой главный связист, разматывая ключ. — Да! Взяли, они взяли И-Чжоу! Потери…

Снова пауза в несколько минут, чтобы все принять, чтобы убедиться, что ошибки нет.

— Потери — 19 легких, убитых нет, — Городов улыбнулся и снова засел за аппарат, чтобы принять и расшифровать все детали.

Учитывая, что от промежуточной точки до нас был протянут провод, в теории можно было поставить трубки и говорить голосом, но… Что-то у Городова не пошло. Там и почти все аппараты, которые мы ставили к батареям для корректировки огня, повредили, и помехи какие-то наводились из-за того, что мы кабель в землю закопали.

Но ничего! Пусть медленнее, зато эту линию просто так ни звери, ни местные предприимчивые китайцы не найдут.

А детали я и так уже примерно представлял. Такие небольшие потери, и это с учетом четырех тысяч защитников города, могли означать только одно. Я повернулся к Янь Сюню и широко улыбнулся.

— Кажется, ваш заместитель Ли Тань и его диверсионные отряды справились.